5. Всё дело в силе воли
На следующий день Коллекционера я не встретил, и, конечно же, я не собирался держать данное ему обещание не видеться с моими новыми друзьями. Да мне и заняться то собственно было нечем: все мои друзья из школы разъехались, а мама продолжала на меня дуться, поэтому прямо с утра я пошёл на кладбище. Туман всё также укрывал от моего взгляда дома и людей, но я помнил дорогу.
Ребята были рады меня видеть, и каждый из них рассказал мне свою историю.
- Я утонул, когда поехал в пионерский лагерь, - сказал мальчик в красном галстуке. - Я сам виноват, - покачал он головой. - Хотел искупаться в море, сбежал из корпуса ночью. Мама так плакала…
Он замолчал, а в моей голове невольно всплыл образ моей плачущей мамы. Она сидит рядом с моей постелью, держит меня за руку, всхлипывает. Я отогнал от себя это видение.
На место первого мальчика пришёл другой. На нём было пальто, похожее на военный мундир, форма и кепка.
- Я упал с лошади во время урока по выездке в гимназии, - сказал он глухим голосом. - Лошадь ускакала, я встал и пошёл к учителю. Вижу, он сам ко мне бежит. Думаю, ну, сейчас попадёт мне. А он… он пробежал сквозь меня, представляешь? И дальше бежит к какому-то мальчику, который на манеже лежит. Я присмотрелся, и понял, что это я лежу.
Этот мальчик тоже затих.
- Мы с младшим братом умерли от чахотки, - сказала девочка с кружевном платье. - Сначала я, потом он. Я дождалась его здесь, чтобы ему не было совсем одиноко. Он принёс с собой сэра Ланцелота, добавила она.
Девочка погладила своего медвежонка с нежной улыбкой, но потом её лицо исказилось от обиды.
- А потом он не послушался меня и убежал с кладбища. И его схватил Коллекционер. Я сама всё видела, но сделать ничего не могла.
Девочка заплакала, призрачные слезы тихо стекали по её лицу.
Все дети на кладбище были грустными, поэтому я принёс им своего нового робота-трансформера, чтобы их развеселить. Они поахали и поохали, но всё же было видно, что робот им не так интересен, как я. Они трогали меня за руки, гладили по волосам и просили показать мой медальон. Я разрешал им его трогать и рассматривать, но снимать его с шеи не стал, чтобы медальон не потерялся.
Рина появилась последней. Она молча смотрела на то, как дети облепили меня. Затем сказала:
- Оставьте его в покое. Он устал.
Призраки детей порхнули в разные стороны от меня, и я был благодарен Рине за передышку.
- Почему они тебя слушаются?
Она пожала плечами.
- Всё дело в силе воли, - уверенно сказала она. - Когда я была жива, я могла минуту продержать ладонь над свечкой. Спорим, ты не выдержал бы? А ещё я могла не дышать под водой 80 секунд.
Она гордо посмотрела на меня.
- А как ты… - почему-то я постеснялся задать этот вопрос.
- Умерла? - закончила она за меня. - Сгорела заживо вместе с домом. Мои родители пытались вытащить меня, но не смогли.
Рина замолчала и мне стало неловко. Захотелось загладить свою вину, но я не знал, как. В отличие от других детей, на ней не было ничего, что напоминало бы о том, как она умерла. Ни следов ожогов, ни копоти. Если задуматься, то из всех них она выглядела самой настоящей, реальной. Почти живой.
- Прогуляемся? - вдруг спросила Рина и, не дожидаясь ответа, потянула меня в сторону ворот.
- Ты не боишься Коллекционера? - спросил я удивлённо.
- С тобой - нет, - ответила она как раз тогда, когда мы прошли сквозь арку.
Мы пошли на пустырь за церковью, держась за руки.
Мы с Риной гуляли целый день, болтали ни о чём и обо всём. Я был счастлив. Это было самое прекрасное, что происходило со мной в жизни. Когда солнце начало клониться к закату, я проводил Рину до кладбища.
Подойдя к арке входа, Рина вдруг сжала мою руку от страха и уставилась на что-то за моей спиной. Я развернулся и увидел у входа во двор церкви Коллекционера. Моё сердце ушло в пятки.
Коллекционер внимательно всматривался с улицы в церковный дворик, но не замечал нас в тумане. Я толкнул Рину сквозь арку и шепнул: «Беги!» Она тут же исчезла за оградой.
Коллекционер постоял так с минуту, осматривая двор вокруг церкви. Мне показалось, что он посмотрел мне в глаза, и я ожидал, что он пойдёт ко мне, но он развернулся и будто растворился в тумане.