Паника — это роскошь, которую он не мог себе позволить. Он заставил себя дышать. Вдох. Выдох. Его мозг, приученный к анализу, лихорадочно заработал, отчаянно цепляясь за логику в мире, который сошел с ума.
«Так. Спокойно. Анализируем». Он сел, оттирая грязь с лица. «Факт: я не дома. Факт: я попал сюда». Как он сюда попал? Переулок. Темнота. Алкоголь. И странное маслянистое мерцание. «Портал», — это слово даже в голове звучало дико, но это было единственное объяснение.
Если был вход, значит, должен быть и выход. Эта мысль стала его спасательным кругом. Паника отступила, сменившись деятельностью. Нужен был план. Он заставил себя думать как всегда — четко, аналитически, как на охоте.
Цель: Вернуться домой.
Задача: Воссоздать условия перехода.
Переменные:
Место: Точка прибытия. Стог сена. Он найдет его.
Время: Ночь. Это легко.
План был до абсурда прост, но он был единственным, что у него было. Это вернуло ему подобие контроля. Он поднялся на ноги и побрел обратно к деревне, но держась на расстоянии, чтобы не привлекать внимания.
Он нашел тот самый стог сена. Свое «место посадки». И принялся ждать.
Первая ночь прошла впустую. Он сидел, съежившись от холода, и всматривался в темноту, ожидая увидеть знакомое мерцание. Он вставал, ходил кругами, махал руками, пытаясь нащупать невидимую границу миров. Ничего. Ночь была просто ночью — темной, холодной и полной стрекота сверчков.
На следующий день до него дошло. Не хватало ключевого ингредиента. Он был трезв.
Задача усложнилась. В таверну Марфы ему путь был заказан, денег у него все равно не было. Пришлось импровизировать. Весь день он бродил по лесу, как первобытный человек, в поисках съедобного. К вечеру его добычей стала горсть каких-то диких ягод, переспевших и липких. ни попадали с ветки и лежали в траве, уже начав подгнивать. Алекс собрал горсть и понюхал — от них исходил кисловатый запах брожения.
«Лучше, чем ничего», — скривившись, решил Алекс. И продолжил собирательство.
Вторая ночь превратилась в жалкий фарс. Он сидел у стога и давился этой приторно-кислой гнилью. Желудок протестующе урчал, к горлу подкатывала тошнота, но он упрямо запихивал в себя липкую массу. Он заставлял себя есть то, к чему не притронулся бы даже в самом жутком похмелье в своей прошлой жизни. Голова действительно начала мутнеть, но это было не то веселое опьянение из бара. Это была тошнотворная, тяжелая, отравляющая муть.
— Ну давай! — бормотал он, пошатываясь. Его язык заплетался. — Открывайся, чертов портал! Я готов! Я пьян! Чего тебе еще надо?
Он вставал и снова ходил кругами, размахивая руками. Он даже попытался разбежаться и прыгнуть в то место, где, как ему казалось, он должен был появиться. Он просто рухнул лицом в сено.
Никакого мерцания. Никаких звезд. Ничего.
Когда забрезжил рассвет, Алекс сидел, прислонившись спиной к стогу. Его мутило. Голова раскалывалась. Он был грязный, голодный и совершенно разбитый.
Он посмотрел на свои руки — сбитые костяшки, грязь под ногтями. Посмотрел на чужую, дикую природу вокруг. Его логика, его интеллект, его умение просчитывать ходы — все это оказалось бесполезным против тупой упрямой реальности.
Впервые в жизни его арсенал не сработал. Его логика, его интеллект, его умение просчитывать ходы, его обаяние, его наглость — все то, что делало его Алексом, что давало ему власть над женщинами, а значит, и над миром, — здесь оказалось бесполезным мусором.
Этот мир не играл по его правилам. Этот мир вообще не знал, что такое правила. Выхода не было. Он сидел и смотрел, как встает солнце над миром, в котором ему не было места, и впервые в своей жизни почувствовал беспросветное отчаяние.
Глава 16
Местные экстрасенсы
Отчаяние было плохим советчиком, но единственным, что осталось у Алекса. Его научный подход к возвращению домой провалился с оглушительным треском. Значит, пора было сменить парадигму.
«Окей, Алекс, — сказал он сам себе, сидя на камне и наблюдая за деревней издалека. — Допустим, ты не в розыгрыше, а в фэнтези. Хреновом таком, без сисястых эльфиек и с перебоями в поставках еды. Что делают герои в фэнтези? Правильно. Ищут Гэндальфа».
Эта мысль, какой бы идиотской она ни была, дала ему новую цель. Если логика этого мира иррациональна, значит, и решение должно быть иррациональным. Ему нужен был местный специалист по магии. Техподдержка этого мира. Человек, который заведует порталами, фаерболами и прочими аномалиями. Ему нужен был тот, кто говорит с этим миром на его родном, безумном языке.