транспорта.
После Бориски у Ирины было два "режиссера". Один из них оказался
макетчиком с телевидения, а другой безработным актером из Воронежа и
искателем столичной прописки.
- Ну, все, - сказала ей мать, когда раскусила воронежца. - С меня
довольно творческой интеллигенции. Или ты будешь жить как все
нормальные люди, или я уйду от тебя к чертовой матери. Моя квартира не
дом терпимости. Был бы жив отец, он не допустил бы этого безобразия.
- Хорошо, - согласилась Ирина, и мужчины на некоторое время
перестали появляться в ее доме.
От нечего делать она решила бегать трусцой для здоровья. Но скоро
забросила и это дело - в своих линялых тренировочных штанах с
вытолканными коленками и кедах неопределенного цвета она больше
походила на уборщицу, которая только что мыла подъезд, нежели на
спортсменку.
- Хватит, - сказала ей мать. - Ты совершенно не приспособлена для
самостоятельной жизни. На свободе ты теряешься. Тебя надо пристроить за
хорошего человека. Вся ваша богема - плесень. Положительные люди служат
в учреждениях. У нас в планово-финансовом отделе появился новый
сотрудник. Он кажется вдовец.
Вдовцу было под пятьдесят. Он пришел в гости с тортом и почти весть
его съел за чаем и разговорами. Трепаться он любил не меньше, чем есть. Во
время разговора он все время перескакивал с пятого на десятое и обо всем
судил так, как будто всю жизнь только этим и занимался, то есть затрагивал
такие тонкости и частности, что всех, кто его слушал, уже через пять минут
одолевала зевота. Особенно много подробностей он знал о сближении
галактик.
Ирина слушала гостя и думала: "Зануда, конечно, но видимо,
положительный. А может, положительный и должен быть занудой?.."
Вдовец был настолько положительным, что даже не пытался ухаживать
за Ириной, даже комплиментов в ее адрес не отпускал. Только посмотрел на
нее очумело, когда она, расшалившись, как бы невзначай, прижалась к нему
грудью, когда подавала пальто.
Видимо, это все-таки сработало. Через две недели, когда Ирина уже
думать забыла о вдовце, он вдруг позвонил по телефону и степенно, как
купец из пьес Островского, пригласил ее к себе в гости на чашечку кофе.
- Возьмите бумагу и карандаш, - сказал он, - и запишите мой
домашний адрес.
Он так долго и нудно объяснял Ирине, как найти его улицу, дом и
квартиру, что она уже на "третьем повороте" решила про себя, что никуда не
поедет.
- Ты неисправима, - сказала мать. - Бог с тобой, живи, как знаешь.
Она устроилась бухгалтером в загородный пансионат и в Москву
наезжала раз в месяц, чтобы передать дочери деньги и кое-какие продукты. А
Ирина, таким образом, обрела полную свободу.
И снова в ее квартире появились художники, режиссеры, актеры. Опять
пошли вернисажи, банкеты, богемные посиделки при свечах.
На одном из вернисажей ее заметил Будылин. Он сразу же определил
ее сходство с Кларой Лучко времен "Кубанских казаков" весь вечер
ухаживал за ней, и пошел ее провожать. Через месяц они поженились, а через
год у них родилась дочь Кристина.
Ирина не любила бывать на будылинской даче из-за того, что муж
иногда возил туда друзей, чтобы покутить на вольном воздухе. Она иначе как
притоном дачу не называла, и принципиально туда не ездила даже когда
родилась дочь. Естественно, и для дочери Кристины дом в Кирсановке не
стал родным. Родители сделали все, чтобы лишить ребенка детства -
устроили в школу с углубленным изучением английского языка и записали в
секцию плавания. По счастью, у нее не оказалось слуха, а то бы не миновать
ей еще и музыкалки.
В общем, в пестром кирсановском архипелаге дом Будылиных
оставался необитаемым островом. И оставаться бы ему таковым еще бог
знает сколько, когда б не чрезвычайные обстоятельства, которые заставили
семейство всерьез вспомнить о своей загородной собственности.
А началось после того, как Ирина узнала о существовании соперницы.
Однажды она почувствовала слабое жжение в желудке после еды. В общем,
обычное дело при гастритах. Это явление она расценила, как аргумент в
пользу диетического питания. Какая женщина не мечтает сесть на диету, но
все что-то мешает, а тут, как говориться, сам бог велит. После обстоятельной
консультации с очень авторитетным и дорогим диетологом, она, как ей
посоветовал врач, стала питаться правильно, но жжение не прошло и даже
усилилось. Тогда она ужесточила диету, но от этого ей лучше не стало, мало
того к жжению прибавились еще и боли. Они возникали внезапно и так же