Шеф определил Алешу жить к пожилой немногословной женщине. Она
никогда не спрашивала его про прошлую жизнь, зато, как все грузинки,
хорошо готовила, так что Рублик вскоре округлился и порозовел.
Вообще грузины оказались очень добрыми и отзывчивыми людьми,
никто здесь не называл Алешу ублюдком или дегенератом, хотя, по сути, он
таковым и был. Все ему улыбались, дружески похлопывали по плечу,
угощали фруктами и чурчхелой. Для них он был просто чудак, как все
русские, ну может быть немного чудаковатее других, но это ведь не повод
для того, чтобы унижать человека.
И на работе Алеше нравилось, хотя он и не понимал, зачем его здесь
держали, но ведь если б ему платили за то, что он не умеет, во всей Грузии не
хватило бы денег на его зарплату. Каждое утро кто-нибудь из шоферов
подъезжал к его дому и он, умытый и позавтракавший, в чистеньком
комбинезоне, выскакивал на крыльцо.
- Гамарджоба, Алеша, - здоровался шофер.
- Ага, - отвечал Рублик и залезал в кабину.
На автобазе у него было не много работы. Все его обязанности
сводились к "утреннему обходу". Механики по очереди заводили машины, а
Алеша слушал и ставил диагноз каждому механизму. Остальное время он
проводил во дворе в обществе жирного кота Муцико. О родном доме он
почти не вспоминал, разве что иногда зимой, когда выпадал снег.
Так он и жил бы еще долгие годы, сытно и безмятежно, совсем как его
полосатый друг Муцико, но вот в Грузию пришли новые времена, и судьба
Рублика опять стала дыбом, как те горы, которых он когда-то испугался.
Нодар Константинович хотел приватизировать автобазу, но у него оказались
могущественные соперники, которым автобаза тоже была позарез нужна.
Шефа застрелили, когда он обрезал розы в собственном саду. Какая чудесная
смерть - он упал на траву, с огромной охапкой цветов в руках, и наверно
сразу отправился на небо. Впрочем, Алеше от этого легче не стало, новые
хозяева автобазы решили закупить новое диагностическое оборудование, а
заодно и избавиться от лишних людей. Алешу уволили. Несколько месяцев
он сидел без работы, но каждое утро умытый и позавтракавший, в
чистеньком комбинезоне он выходил к калитке, и здоровался с
проезжавшими мимо шоферами.
Они ему:
- Гамарджоба, Алеша!
А он им:
- Ага.
Наконец, один знакомый водитель, который купил старый автобус и
возил на нем в Москву челноков, позвал Рублика ездить с ним. Автобус был
допотопный, все время в нем что-то ломалось, вот хозяин и решил возить с
собой "передвижную диагностику", благо это почти ничего не будет стоить.
Такая работа Алеше тоже пришлась по душе - два дня туда, день в
Москве и два дня обратно. Столько всего интересного попадалось в дороге.
Раз встретилась машина, которая везла лошадей. В другой раз прямо на
глазах столкнулись сразу шесть машин. Водители и пассажиры высыпали из
них и громко кричали друг на друга, размахивали руками. А в Москве, на
площадях ставили высокие деревья, украшенные блестящими шарами и
разноцветными лампочками. Алеша хотел посмотреть поближе, но хозяин
разрешал ему выходить из автобуса только в туалет, и, только в его
сопровождении.
Как-то раз они выехали из Москвы, и тут водитель вспомнил, что забыл
купить батарейки для приемника. Он остановил автобус и спросил первого
попавшегося пешехода, где тут можно купить батарейки, тот сказал ему, что
хозяйственный магазин есть в поселке - первый поворот направо, за
переездом.
У Алеши была хорошая зрительная память. Он не умел связать то или
иное место, где он бывал в какую-то систему, оттого и мог заблудиться в
двух шагах от дома, но он хорошо помнил места, где бывал. Вот и на сей раз,
он вспомнил, что здесь он уже бывал и даже неоднократно. Вот
хозяйственный магазин, а напротив палатка с надписью "Продукты" и вечно
закрытый газетный киоск. Определенно он здесь уже когда-то бывал.
Какая-то неодолимая сила заставила Алешу, вопреки запрету выйти из
автобуса. Да, он определенно здесь бывал прежде. Вот хозяйственный, а на
той стороне остановка автобуса, вечно закрытый газетный киоск, палатка с
надписью "Продукты"...
У палатки стояла женщина в зеленом пальто и пуховом платке с
хозяйственной сумкой в руках и пристально смотрела на него.
- Алеша! - сказала она тихо, одними губами, потом закричала, что есть
сил, - А-ле-ша-а-а!
Рублик шагнул ей навстречу и тут же получил жесточайший удар, от
которого он мгновенно потерял сознание, отлетел на несколько метров и
распластался посреди дороги.
Шофера машины, которая его сбила, к великой досаде родителей