- Хорошо, - согласился барон и, не затягивая, перешёл прямо к делу:- Думаю, вначале вам стоит прочитать письмо, всё остальное обсудим после.
С этими словами он достал из потайного кармана квадратный конверт и протянул его Абаре. Тот взял послание и внимательно осмотрел печать. На сургуче остался оттиск некоего дворянского герба, абсолютно ему не знакомого. Кен, озадаченный больше прежнего, вскрыл конверт и быстро пробежал глазами следующие строки:
" Кену Абаре
Друг мой!
Жалею
,
что не могу лично
п
оп
риветствовать тебя
, как то подобает делать стар
инн
ым приятелям, однако
надеюсь, что такая возможность мне
в
скор
е
представится.
Давн
енько
мы
с тобой
не виделись. Уже два года
мину
ло
с
нашей
последней встречи
,
но я по-прежнему тебя частенько вспоминаю
.
Возможно
потому, что в нынешнем моём положении
очень
трудно завести
таких
надёжных
друзей.
В
еришь ли, я достиг того
,
к чему так долго стремился
.
Т
еперь
я гвардейский
генерал
,
ч
астенько бываю на приёмах у самого Императора!
Но всё это
мне
принесло
не
радости, а
наоборот, сплошные
печали
,
ибо судьба империи сейчас висит на волоске.
Да чт
о там судьба империи, судьба
всего
мира
решается у нас на глазах!
А ты
, кстати говоря,
в эти смутные годы
поступаешь безответственно,
пряч
ась
в вашем захолустье
. Хотя не мне тебя
суди
ть, я
-то прекрасно знаю
причин
ы
твоих поступков.
Однако не кажется ли тебе, что
ты там засиделся? Может
быть
пришло время вернуться в
столицу?
Время
громко
заявить о себе?
Слы
х
ал ты на своих окраинах стал довольно известным,
так
какой теперь смысл
продолжать
прятаться
там? Тем более, когда твоя сила так нужна
нам
здесь?
Ежели
дело в деньгах
, то
тут
ты
с
можешь получить столько сколько пожелаешь.
Однако я перехожу черту, бумаге нельзя доверять
слишком много
. Прошу тебя, отнесись серь
ё
зно к
моему
предложению, которое
изложит тебе на словах человек, привезший это письмо.
Знай, е
му можно всецело доверять.
P
.
S
.
При дворе
тебя ожидает одна молодая особа, с которой ты когда-то был хорошо знаком.
Тебе стоит вернуться, хотя бы ради неё.
Остаюсь твоим верным другом, Керим эль Балья "
Сказать, что письмо удивило Кена, значит, ничего не сказать. Он был просто ошарашен.
"Керим стал генералом? Частенько бывает у императора?" - никак не мог поверить он.
Конечно, Кен хорошо помнил, каким амбициозным человеком был Керим. Тот всегда бубнил о своей великой судьбе, о своём предназначении, но, честно говоря, Абара никогда не относился к этому бреду всерьёз. И тут вдруг такое!
Наконец, смирившись, с этой поразительной новостью, Кен ещё раз прочитал постскриптум.
"Так при дворе меня ждёт молодая особа? - повторил про себя он. - Кто же? Леона?"
Это полузабытое имя всколыхнуло в душе Абары какие-то, не совсем определённые чувства. Он глубоко вздохнул и, оторвавшись от чтения письма, поднял глаза на Вильтора Дюпюи.
- Так, значит, вы посланец Керима? - спросил он. - Керим тут пишет, что самое важное вы сообщите мне устно.
- Да, - подтвердил барон. - Именно так.
- Ну, валяйте тогда, - разрешил Кен.
Посол набрал полную грудь воздуха, собрался с мыслями и принялся говорить:
- Начну с того, что императору очень нужна ваша помощь. Настолько, что он готов платить любые деньги. Слышите, любые! - акцентировал он.
- Неужто так припёрло? - язвительно поинтересовался Абара.
Однако Дюпюи пропустил эту колкость мимо ушей и продолжил:
- Наверно тут, на окраине империи, вы мало интересуетесь мятежом Д'Аржи и ходом сражений с повстанцами?
- Ну да, у нас тут своих повстанцев хватает, - усмехнулся Кен.
- А между тем, война с Д'Аржи превратилась в битву за выживание всего человечества! - с пафосом заявил барон.
- Да что вы говорите, - снова съязвил Кен. - А вот Гашибей-хан меня недавно уверял, что важнее битвы с Кулай-ханом на свете ничего не бывает. А ведь Кулай-хан его родной брат...
- Тут шутки не уместны, - грубо оборвал его Дюпюи. - Я говорю абсолютно серьёзно!
Кен замолчал, впечатлённый взрывом эмоций этого доселе спокойного человека, а тот вдохновенно продолжил:
- Всё дело в том, что армия императора теперь сражается не только с повстанцами Д'Аржи, но и с колдунами глоранами. Это куда более серьёзный противник! Государство глоранов де-факто поддержало мятежников и теперь идёт непримиримая война за господство: люди против глоранов. Если победят они - мы навсегда станем их рабами, если победим мы, то сохраним свободу. Третьего не дано!
Он говорил убедительно, но Кена его речь не слишком-то впечатлила, ведь он уже слышал нечто подобное раньше. Два года назад. И, кстати, тот человек высказывал ещё одну мысль, не слишком согласующуюся со словами Дюпюи.
- Одна моя знакомая, между прочим ясновидящая, говорила примерно то же, что и вы, - перебил имперского посла Кен. - Но, кроме того, она объяснила мне кое-что про характер глоранов. Видите ли, они практически бессмертны, а бессмертие порождает чудовищный эгоизм. Для глоранов нет ничего ценнее их собственной жизни, поэтому-то никто из них не станет участвовать в людских разборках ни на стороне мятежников, ни на стороне императора.
- Истинная правда! - с жаром поддакнул барон. - Их мерзкий, трусливый характер мы хорошо изучили за последнее время. Но всё-таки есть кое-что, что вы не учитываете.
- И что же это? - поинтересовался Кен.
- А то, что сейчас глораны вынуждены бороться за свои драгоценные шкуры, ведь об их участии в организации мятежа теперь стало общеизвестно. И когда Д'Аржи падёт, император немедленно объявит глоранам полномасштабную войну, - пояснил Дюпюи.
Кен обдумал слова барона и, согласившись в целом с его доводами, перешёл к сути дела:
- Допустим, вы и правы. Допустим, император действительно ведёт борьбу за судьбу всего человечества. Но причём тут я? Зачем я вам так нужен?
Посол, похоже, ждал этого вопроса, и заготовил ответ заранее. Правда, начал издалека: