Я особо не верила, это не укладывалось ни в одну известную мне научную теорию. И в ненаучную тоже. Да и поделиться ни с кем не могла. Скажи об этом, пальцем у виска покрутят. Но я не думала о Паше, а он снился! И я чувствовала его злость, отчаяние, желание послать меня ко всем чертям и одновременно потребность быть со мной. Сны не являлись моим подсознанием. Скорее, смесью визуальных образов и чужих желаний.
Каждое утро я просыпалась и тщательно искала в памяти следы Саши. Если во сне он был и снилось хорошее, радости хватало на целый день. Если отсутствовал, поселялась тревога. Когда снилось приятное, я старалась как можно дольше не просыпаться. Я научилась видеть сон и одновременно осознавать его, запоминать. А иногда и днем, валяясь на кровати, могла впасть в странную дремоту, в которой я не то чтобы думала, почти видела.
— Ты вырастишь из нее лентяйку! — папа указывал маме, что я много бездельничаю. — Она на даче только животных кормит и больше ничего.
— У соседей девчонки всё делают, — спорила с ним мама. — Но при этом полные «серятины». Ничего из себя не представляют.
Я улыбалась самой себе, слушая подобные разговоры. Мне было легче прочитать «Войну и мир», самостоятельно освоить компьютер, но только не полоть грядки с клубникой. Я не считала себя ненормальной. Скорее, мечтала быть такой и чувствовать намного больше, чем могла на самом деле.
Через месяц после встречи с Сашей увидела яркий сон. Настолько яркий, что руку протяни и пощупай. Я сидела в Сашином кресле, а он рядом на стуле. На коленях у него кот, Саша тискал его, гладил, а потом наклонился к нему. Я увидела в мельчайших деталях, как его светлые волосы упали на лоб и свесились вниз. Каждая прядь, каждый волосок. Очень четко.
Что это было? Проснувшись, не могла понять. Сон? Воображение? Для сна не те условия, а воображение не могло быть таким четким. Но я видела это! ВИДЕЛА, а не воображала!
Я выстраивала доказательства о собственных снах, не совсем понимая, что делаю. Но так как об этом никто не знал, я не стыдилась. Мысли о Саше не покидали меня с первой встречи, а сниться он стал только недавно. Но как можно верить, что во сне я связана с чужим подсознанием, а не своим!
Однажды сон был очень странным. Словно Саша в моей комнате сидел за компьютером. Я стояла рядом, да так близко, что чувствовала его тепло. Это тепло я ощущала и после того, как проснулась. Хотя сон был не особо счастливым, во сне он занимался моим компьютером и не обращал на меня внимания, а я обижалась. Тепло поставило меня в тупик. Оно было каким-то… необъяснимым.
Зато, возвращаясь домой, я погружалась в компьютерный мир. Садясь за компьютер сразу, с утра, к обеду, обнаруживая слабость в руках, вспоминала, что ничего не ела. Я разбирала его по винтикам, определяла, где винчестер, материнская плата, оперативная память. Держа отвертку в руках, я чувствовала, что лучше понимаю Сашу. Я пыталась воспроизвести первую встречу, когда он склонялся перед разобранным на полу системным блоком. Что он чувствовал? Что он думал?
Он записал мне много разных картинок, среди которых и те, которые стояли у него на рабочем столе. Все они почему-то были подписаны странным именем Lost Paradise. Разными шрифтами с красивыми эффектами. В итоге я догадалась, что Lost Paradise — и есть сам Саша.
Возвращаясь на дачу, я думала о нем днем и ночью, испытывая странный душевный трепет. Все нюансы уже обмусолены с мамой, движения, взгляды и слова изучены и разобраны мной на составляющие. И каждый раз снова и снова я что-то чувствовала. Логически не могла себе этого объяснить. Видела его только три раза, нас разделяли сотни километров, и даже в будущем мы не могли быть вместе, после окончания школы я должна уехать. Но не проходило и трех часов к ряду, чтобы не вспомнила о нем.
Иногда казалось, что я не по своей воле о нем думаю. Мой разум не мог контролировать мысли. Я смотрела телевизор с родителями, а представляла, что смотрю его с ним. Садилась в автобус и почти видела его рядом. Я даже могла сказать ему что-то и «услышать» ответ. А если шла одна, то от Саши мне вообще некуда деться. Он шел рядом. И я смотрела на деревья, дома, небо ЕГО глазами!
Я осознавала свое помешательство. И считала главной задачей, чтобы его не заметили другие. Я контролировала себя, чтобы не улыбаться, садясь в автобус, и не улетать в облака. Окружающие не должны заметить, что в реальности меня мало. Я боялась, что однажды забуду, где нахожусь, и при людях начну сама с собой разговаривать, не отвечать на их вопросы, или делать что-то, совсем не связанное с происходящим. Приходилось следить, чтобы я соответствовала обстоятельствам!