— Рэпер! Ты чего запел?!!! — из центра толпы я услышала грубый голос Громова.
«Рэпер» Громову что-то ответил и заиграл на гитаре новую песню.
Заинтересовавшись, я сделала несколько шагов, и стоящие впереди расступились, увидела Громова, он сидел, развалившись, на чемоданах и вместе со смазливым другом пел, а вернее, орал песни. Девчонки окружали их со всех сторон, и ребята просто купались в лучах славы. Смазливый Громовский друг сказал что-то веселое, девчонки засмеялись, но неестественно и нарочито громко. Каждой, каждой из них он нравился! И каждая хотела, чтобы рэпер обратил на нее внимание.
— Никита! — кто-то выкрикнул из парней. — Давай лучше про попа!
Никита… Повторила про себя, стараясь запомнить и спохватилась.
Тьфу, блин! Я что, такая же, как эти девчонки? Тоже попала под влияние?
Отвернулась к поезду. В вагоне кто-то, прислонив лицо к стеклу, силился разглядеть происходящее на перроне. Я прислушалась к словам песни, которую орали ребята, стараясь понять, что видит этот человек.
— Гладил, — закричал Громов.
Удивительно, но слова песни знали все!!!
— Ж-ж-ж…
— Туфель! — засмеялись и парни, и девчонки.
Все были без ума от восторга!
Притихли в радостном предвкушении.
— С-с-с-с…
— ШЁЛ!
Никита бацал по струнам, что есть духу.
— Ласки, — захихикали девчонки.
«Придурки!» — по-другому человек в окне подумать не мог.
— Ребята! Идем к автобусу! Будьте осторожнее на рельсах! — скомандовал Владимир Николаевич, я наклонилась за сумкой, а когда подняла, вокруг никого не было. И Геры, и соседок уже и след простыл.
Здорово!
Стало жутко обидно.
Поплелась вперед, убеждая себя, что никто не обязан ни ждать, ни помогать. Но не особо успокаивало.
Кто виноват? Спрашивала себя. Разве не ты? Когда в купе появились парни, вдруг переложила на них ответственность, как будто они должны думать, куда идти, что делать, заботится о нас, ухаживать. Сама и виновата! Они же так не считали!
Я старалась держать голову повыше, чтобы обида не была так заметна.
Не рассчитывала я на их помощь! Пыталась выражать всем лицом. Я вообще ни на кого не рассчитываю! И сама дойду!
Половина ребят уже сидела в автобусе, когда я подошла, радостные лица выглядывали из окон. Мне стало противно от их радости.
Ну, да, они резвые и сильные, а я слабая и жалкая.
— Куда положить сумку? — спросила Владимира Николаевича, следя за тем, чтобы голос не прозвучал обиженно.
— Положи в середину, — ответил он. — Остальное уже занято.
Ну, да…
В полумраке кое-как определила, где «середина», бросила сумку и подумала: «Может, больше и не увижу!» Поднялась в автобус, стала протискиваться между людьми, понимая всю тщетность найти свободное место. Кстати, первыми сидели Антон и Рома. А места они никому не занимали! Что девчонки? С девчонками хорошо в поезде болтать! В карты играть. Этого достаточно.
Дальше пошли пустые сидения, но на них стояли чьи-то сумки. Я легко представила, как сразу кто-то кинется:
— Ты что не видишь? Здесь занято!
— Да всё я вижу! — отвечала им заранее.
Потом была Маша с той Настей, из-за которой мне пришлось уйти в другое купе. Они все еще вызывали неприязнь. Маша улыбалась во все зубы, чему-то радовалась. Я поскорее прошла мимо. Большая часть автобуса осталась позади, а места все не находилось. Я испугалась, что придется говорить Владимиру Николаевичу и при этом стараться, чтобы на глазах не наворачивались слезы.