Огромные окна в две стены впускали в помещение громадное количество солнечного света, вода светилась под ним, бликовала вокруг. От воды шло ощущение прохлады, стало еще лучше, когда я спустилась в нее со ступенек. Мне нормативы не сдавать и плавала я исключительно, когда хотелось, подолгу оставаясь на приступочках возле бортов, ходила греться в сауну через каждые пятнадцать минут. Вышла из здания спортивного комплекса обновленной.
Тело полностью расслабилось, даже палящая жара, льющаяся воздушными потоками с неба, пока казалась приятной. Я не смотрела по сторонам, строго себе под ноги, увидела прямо на дорожке скрученную, но совершенно новую купюру в пятьдесят рублей. Не монетка, купюру можно поднять, не стесняясь. Я подобрала денежку, недоверчиво ее рассматривая. Интересный у меня период, все время попадаются деньги. Интересно, это продолжится? Хоть бы, хоть бы.
06.08.
Во вторник мама затеяла внезапную уборку. Ростика она сплавила к бабушке на целых две недели с его полного согласия. Не занятый в школе Петька пытался поминутно вышибить ему мозги и не без успеха, постоянные свары с утра до вечера доведут кого угодно. Нашего младшенького мама пристроила в детскую библиотеку, там его классная руководительница вслух читала книги из обязательной школьной программы, потом они всей толпой прочитанное обсуждали. Учительнице сильно доплачивали заинтересованные лица, зато она высвобождала целых четыре часа ежедневно у измученных каникулами родителей. Кто бы мог подумать, но Петька ходил в литературный кружок как миленький, мама умилялась, и только я знала, что Петька тайно влюблен в учительницу, прямо на третий день учебы в начальной школе ее полюбил. С своей первой линейки, смотрел на нее открыв рот, спрятавшись за букетом, притих и утратил боевой дух. Эх, что прекрасные дамы творят с мужчинами всех возрастов. Львы обращаются в ягнят. С объектом своих возвышенных стремлений брат обращался неожиданно мягко, уроки ей не срывал, занятия в кружке тоже, сидел перед ней и созерцал часами, сгорая в пламени чувств.
Мы остались в квартире с мамой одни, но она виртуозно находила занятия и выдала целым списком прямо с утра, внезапно оказалось мы давно не мыли окна. От меня требовалось скорее зрительское участие и настройка мойщика окон, рамы мама отмывала при помощи пароочистителя и целого букета разноцветных тряпок, периодически прополаскивая их в пластиковом тазу. Провозившись с ней половину утра, я вырвалась на волю, завладев мешком с мусором. Возвращаться быстро совсем не собиралась, удовлетворенно оглядела пустую лавочку, специально остановившись на месте, где вчера стоял неприятный сосед.
Никого.
Почувствовав облегчение, я воткнула в левое ухо капельку наушника, перебирая песни в плейлисте, направилась в сторону мусорки, твердо настроенная урвать полчаса свободы, ничегонеделанья и приятного одиночества. Шла, уткнувшись в телефон, изредка посматривая по сторонам. Летом металлические ящики смердели издалека. Припоминались всякие гадости, типа если слышишь запах, то молекулы пропастины уже внутри твоего организма. Я мотнула головой, рискуя расстаться с наушником, как всегда, метнула мешок с мусором в ящик с расстояния и поспешила отойти.
Согласно моему плану, можно прогуляться, выбрав длинную дорогу домой. Мне предстояло обойти по тропинкам вокруг старого детского сада под названием «Апельсин». С трех огороженную территорию садика обрамляли вполне цивильные асфальтированные дороги, правда по двум из них могли ездить автомобили. С четвертой стороны от сада рос высоченный, колючий бурьян, вперемешку с кустами, и шла тоненькая, но уверенно вытоптанная до отсутствия травы под ногами земляная дорожка, размокающая под дождем до полужидкого состояния. Тропинка не зарастала, на ней прятались собачники со своими питомцами от всеобщего осуждения за какашки. Что думали жители дома, она которых выходили прямо на стихийно организованное место для выгула оставалось тайной.
Я свернула от ящиков, попав на небольшую площадку, где заботливые старушки рассыпали покупную крупу и крошили хлеб голубям. За последние пять лет в городе у нас поселились хищные птицы и вполне прижились, улетая зимой южнее, но неизменно возвращаясь. Точно мне неизвестно, коршуны это или ястребы, может вообще другая хищная разновидность, но они повыбили голубей, да так основательно, что у нас в черте города снова объявились воробьи, почти полностью вытесненные городскими наглыми сизыми сородичами. Несколько голубей прямо на моих глазах требушили засохшие полбуханки серого хлеба, расклевывая и перетягивая от одного к другому.