Восемь часов, смешное время для лета. Небо снова затянули черные тучи, стало темно, словно ночью. На углу моего дома росла большая береза, крона ее странно шевелилась. Мое сердце испугано екнуло. Несмело сделав еще несколько шагов, я разобрала, что на ветвях всего лишь огромная стая воробьев, спрятавшихся от непогоды. Они перепархивали с места на место, чирикали и клекотали, мерещились дополнительной огромной тенью, движущейся в рассинхроне с ветвями под легким ветерком. На меня накатила жуть, и я перешла на бег, выдохнула только за дверьми подъезда. На полу, перед первой лестницей валялось сто рублей, расправленные и ровные. Я клюнула денежку, и взлетала по ступеням на площадку, еще полминуты, меня окутали знакомые запахи родного дома.
14.08.
Ночью началась буря, еще перед тем, как я легла спать. За окном завывал ветер, ударяясь об стекло резкими порывами, высыпала на него капли дождя. Я закуталась в два одеяла: легкое летнее и тяжелое, толстое зимнее. Втыкала в телефон, полностью сократив свой мир до маленького экрана и не обращая внимания на внешние обстоятельства, заранее свет погасила, чтобы лишний раз не вставать. Нигде особенно не задерживалась, серфила по разным сайтам и страницам. Взялась было обработать наши с Пашкой фотки, но быстро забросила, лучше с утра займусь. Легла я за полночь и меня быстро снесло в сновидения. Засыпая, умудрилась нащупать на полу тонкий проводок зарядки, и подключить телефон, такие вещи давно относились к жизненно необходимым и выполнялись на автомате, когда заряд телефона понижался ниже двадцати процентов, современный человек начал ощущать нервозность.
Проснулась рывком, словно меня толкнули в бок. В комнате царила кромешная темнота, необычная для города, ведь территорию вокруг дома освещают фонари и их свет пробивается в комнаты через шторы. Мне жарко, я вытащила руки из-под двух одеял и не увидела их, настолько было темно. Отсутствие света дезориентировало, спросонья мне казалось совсем неочевидным, что я в своей спальне, мозг не находил привязанных к месту ориентиров и отказывался принимать на веру местоположение. За стенами громыхало, но не сверкало, слышался шум сильного дождя, не мерный шорох, а хлесткий звук струй, врезающихся в землю. На фоне этих, ставших привычными за три дня звуков, раздался противный скрежет, затем постукивание, не пятерней даже, а десятью или двадцатью пальцами сразу, причем оснащённым довольно длинными и прочными ногтями.
Стучали по стеклу моего окна. Я сжалась на кровати, не могла вообще пошевелиться, руки и ноги не двигались, дыхание задерживала насколько могла, отчаянно прислушиваясь, пытаясь разобраться в происходящем. Кто-то ломился в мое окно, стучал и скребся, не решаясь пока крушить хрупкую, прозрачную преграду. А я ничего не могла поделать, попав в клетку собственного тела, даже сбежать или позвать на помощь. Наверное, примерно это чувствуют люди под сонным параличом. У меня большое окно, и расположено оно низко, еще дом по окружности украшает узор из выступающих из кладки кирпичей. Высокий человек, вытянув вверх руку, и привстав на украшение, вполне может дотянуться до рамы. Я отчаянно стремилась скинуть с себя ненормальное оцепенение, но только покрывалась липким потом, дыхание мое окончательно сорвалось, вырываясь из груди с хрипами, сердце перешло с обычного шага на дикий, скачкообразный бег.
Затем произошло несколько событий одновременно: резко распахнулась дверь в спальню, разбавляя окружающую меня тьму призрачным светом; в окно отчаянно заколотились, и я выпала из кровати, прямо на свой смартфон, хватая его трясущимися руками, умудрившись нажать на иконку фонарика. Резкий свет окончательно нарушил царство кромешной темноты, пронзив ее острым лучом, будто маленькой шпагой. По спальне распространялся сладкий запах ванили, взявшийся неизвестно откуда и сильно подбавляющий ирреальности.
Я не знаю, что меня заставило, но первым делом я кинулась к окну, заходясь сердцем от страха. Теперь понимаю, какое чувство побуждает героев ужасов лезть в самое пекло. Просто им нужно быстрее проверить, вдруг почудилось, страхи выдуманные и все легко объясняется. Хуже всего неизвестность, с остальным справится не так трудно. У меня так и случилось. За моим окном, оказалась огромная обломанная ветвь дерева, она билась об стекло, пробуждая не самые здоровые ассоциации. Облегчение не показалось мне приятным, пришлось опереться на подоконник от накатившей слабости, ноги подгибались прямо в коленях, словно суставы внутри ослабли, разболтались от частого применения, как детали шарниров у подвижной куклы.