Выдвинувшись на кромку между площадкой и проезжей частью дороги, я металась вдоль нее, высматривая помехи со всех сторон разом. Паша продолжал невозмутимо пилить, не останавливаясь, чтобы прислушаться, полностью полагаясь на меня. Это тоже отличительная черта его характера, стоило с ним поделить задачу, он выполнял свою часть, уверенный, что ты справишься со своей и не переживая, как там дела. Спилить он собирался две ножки по диагонали полностью, причем на разном уровне от земли, оставшиеся допилить до последних миллиметров, только бы лавка держалась на месте на тоненьких щепочках.
Слишком увлекшись повторением плана Паши про себя, и напряжённо вслушиваясь в звуки рядом с лавкой, я практически пропустила не одного человека, целую семью. Они оказались очень близко.
- Здравствуйте! – преувеличенно громко и сильно заранее поздоровалась я, предупреждая Пашу, майка влипла мне в мокрую спину, словно я оказалась под жарким июльским солнцем, я старательно тянула улыбку.
- Привет, Вика, - соседка в третьего этажа, в данный момент я не помнила ее имени, мое, произнесенное вслух заставило вздрогнуть.
Ее муж и одиннадцатилетний сын прошли дальше, не затормозив, каждый пробормотал себе под нос приветствие. Приветливая соседка никуда не спешила, остановилась ровно между мной и лавкой. Без моей команды, парень пилить не начнет, я пробовала успокоиться и поддержать беседу. Взгляд мой ожидаемо норовил соскользнуть с соседки на лавку и кусты за ней, усилием воли я возвращала его обратно. Рядом с ногами соседки заметила свежую тонкую стружку и окончательно обмерла. Муж соседки открыл дверь, но дальше застопорился. Код красный! Мы близки к эпическому провалу. Представив, как я буду объяснять маме, что мы делали с Пашей, я заставила себя вернуться в настоящее.
- Ты чего здесь? – спрашивала соседка. – Ключи забыла? Заходи с нами.
- Нет, - брякнула я, экстренно подыскивая причину. – Папу жду, он подъезжает, это у него ключи дома остались.
- Понятно, - протянула соседка, никуда не собираясь уходить и оглядываясь назад, отыскивая место припарковаться.
- Галя, - укоризненно и тоскливо промычал ее муж от дверей.
- Идите, я с Викой подожду, темно, нечего ей одной, - отправила его женщина и решительно водрузила ягодицы на лавку.
Я поперхнулась воздухом, прикидывая сколько Паша успел пропилить. Выходило не меньше трех. Тетя Галя, конечно, женщина не самая крупная, но волосы у меня начали приподниматься на затылке, наподобие шерсти у вспугнутой кошки.
- Где этим летом отдыхали? Лето закончилось, послезавтра в школу, - приступила к обстоятельным расспросам женщина.
С отчаяньем в сердце, я понимала, что нормально поддерживать диалог у меня не выйдет, я не спецагент из фильма про супергероев.
- Мама, я есть хочу, ты котлеты погреть обещала, - заныл от дверей сын тети Гали. – И винограду помыть, пошли домой, ну пошли.
- Вы идите, папа близко, - поддержала я противное нытье, благодаря пацана про себя на разные лады. – Мы минуту назад созванивались.
Тетя Галя бросила затравленный взгляд в сторону сына, смиренно вздохнула, принимая что не сможет из меня вытащить последние новости, поднялась и пошла, исчезнув в дверях следом за сыном.
Ноги меня плохо держали, я преодолела желание присесть на лавку и выдала обстановку.
- Никого.
У Паши стальные нервы, потому что секунду спустя снова раздался звук пиления, посыпались горстки светлых стружек. Выяснив, куда смотреть, я теперь могла следить, как Паша перемещается от одной ножки к другой. Он не до конца подпилил третью и приступил к четвертой. Пять минут назад мы подвисли на волоске, мои проблемы с бабками таких рисков не стоили. Почему я Паше раньше так не сказала?
- Все, - раздалось от земли.
Выбирался Паша из кустов, совсем не к нашему подъезду, прошуршал через всю клумбу, низко пригибаясь, медлил, осторожно ставил ноги, чтобы не слишком мять растения. Я двигалась гораздо быстрее, приостанавливаясь и поджидая его. Встретились мы за шлагбаумом. Я по-девичьи обняла его и всхлипнула в плечо, один раз, без слез, не считается.
- Почему я всегда ведусь на твои дебильные затеи? – фыркнула я грозно и ткнула его кулаком в плечо, сразу после объятий.