- Хирург говорит, что не плохо, шрамов не останется, - болтала Лена. – Сначала они вообще сильно меня пугали, но зарастает очень хорошо, никакого заражения.
- А что за собака была? - подталкивал ее в нужную сторону Паша, кивая и дружески улыбаясь. – Ты ее разглядела? Раньше видела?
- Никогда, - уверенно отказалась Лена, засматриваясь на парня, мне лишь оставалось не отсвечивать. – Я покурить вышла, только сигарету из пачки вытащила, она взялась вообще ниоткуда. Не рычала, не лаяла, бросилась и повалила меня, в ухо меня укусила, начала рвать. Я кричала, понятно, звала на помощь. Потом ее спугнули, она меня бросила, и словно в воздухе растворилась. То есть, мне то показалось, что она вообще прямо на мне начала истончаться, сквозь нее было видно, как через стеклянную. С перепугу, понятно, от боли показалось.
Я слушала, как девушка, сама не замечая, подтягивает увиденное собственными глазами под реальность. Сверхъестественного не существует, никто не желает вывалиться из обычного мира и оказаться в незнакомом, темном месте. Я узнала в ней себя и начала трястись от страха.
16.10
Я окончательно запуталась, постоянно прокручивая в памяти разговор с пострадавшей официанткой. Вроде бы теперь у меня был настоящий, живой, здравый свидетель. Я могла в любой момент затребовать у Паши подтверждения тех или иных слов, но не впечатлений. Что, если я видела в ее рассказе второй смысл, двойное дно? На нее напала собака, предположительно та самая, что кинулась на меня. Это даже логично, агрессивная тварь, скорее всего больная, бросалась на всех, без разбора. Ага, а потом бесследно исчезла. Но мне чудилось, что нападение твари теснейшим образом связано с подобранной мною с пола купюрой, которую я передала девушке, получается, подставив ее. Дикая мысль, на самом деле.
Я далеко не Шерлок Холмс, его вообще-то вовсе не существовало. Как там он говорил: если исключить невозможное, то, что останется, и будет правдой, сколь бы невероятным оно ни казалось. В моем случае, невозможное исключить не получалось, но оно все равно оставалось невероятным, тут не поспоришь. Не сказать, что я поверила на сто процентов в свою теорию, проблема заключалась в том, что в течении одного дня, я придерживалась абсолютно противоположных мнений.
Нельзя верить наполовину, либо все, либо ничего. В итоге мне страшно, просто и незамысловато. Я примерно понимала, как бороться с реальными угрозами: преследователями, недоброжелателями, хулиганами, даже с маньяками, в конце концов. У меня есть семья, папа и мама меня защитят, помогут выбраться, я в полицию могла обратиться. Как мне справляться с призраками, темными жуткими существами, принципы существования которых я совсем не понимаю? Собака, укусившая официантку за лицо и растворившаяся прямо в воздухе. Опять же, мясо в сливе и ветка, дело рук вполне реального человека, ничего потустороннего в таких гадостях не прослеживалось. Не что-то мистическое царапало мое окно, а вполне реальная вещь, под порывами ветра, специально срезанная и приставленная к стеклу.
Голову распирало от мыслей. Я продолжала обходить соседа стороной, с последнего раза он словно поблек, глаза его больше не горели злым, голодным болотным огнем, но он продолжал следить за мной, цеплялся к волосам и одежде, как высохший репейник осенью. По улице я ходила спокойней, тем более Паша держал слово, в школу и со школы мы курсировали вместе. В один из походов в магазин я заметила ту же опустившуюся женщину, отбросившую от себя мои деньги, и кричавшую мне вслед, что я ведьма. Я настолько съехала с катушек, что сама подошла к ней.
В прошлый раз она была пьянее, но резкий запах перегара окутывал ее непроницаемым облаком. От нее в принципе пахло не розами. Мы уставились друг на друга, судя по выражению ее лица, ничего хорошего от меня она не ожидала.
- Здравствуйте, - произнесла я, не зная, как еще начать.
- Че надо? – буркнула невежливая женщина, наверное, ее часто доставали на улице, хотя тяжелый характер не всегда оправдывается обстоятельствами.
- Мы виделись летом, я вам деньги дала, а вы на меня накричали и не взяли, - постаралась я перейти к сути, пока у меня оставалась возможность и она меня слушала. – Скажите почему? Вы что-то почувствовали?
- Я денег не взяла? - не веря, усмехнулась она. – Не может быть. Еще раз попробуй. Хлебушка купить не на что.
Я порылась в карманах, наталкиваясь на первую же сложенную купюру, потащила ее на свет, она оказалась пятидесятирублевой и протянула женщине. У нее ужасно грязные руки, особенно ногти, кайму под ними ничем нельзя вымыть, разве под корень обрезать отросшие края. Она цапнула денежку и спрятала.