Дома, отогревшись, мне удалось как-то отключиться от сделанного, не думать, забыть, замолчать, ничего все наладится. Оказалось, я зашла в квартиру не последняя, услышав шум от дверей, я выглянула в коридор, ожидая увидеть папу, но снимал обувь на коврике перед порогом Ростик. Зыркнул на меня обиженно, прошел мимо слова мне не сказав. Надо на выходных еще печенье напечь, помириться.
17.10
Я не думала про деньги целый день, практически сутки, постоянно находя себе занятия, настолько заморочилась в тот вечер, когда подобрала очередной отравленный подарок, что спала крепчайшим сном из возможных. Школа тоже не оставляла слишком много пространства для другого. На город накатила очередная волна гриппа, люди чихали и кашляли, сморкались не сильно стесняясь общественных мест. Преподаватели вместе с родителями начали активно обсуждать, что учеников следует оставлять в одном классе, учителям самим переходить к ним, в целях изоляции. Родители во главе с родительским комитетом напирали, учителя бились не на шутку, главный аргумент, что они не могут таскать за собой учебные материалы. Еще одним, более весомым доводом стало, что невозможно не выпускать учеников на перемены, они все равно встретятся и обменяются микробами в коридорах. Словесные битвы в сообщениях, выстреливающих наподобие пулеметных очередей, и довольно бурных телефонных переговорах, делали учителей немного более возбужденными, чем обычно. Мы как будто попали в заложники к террористам, и за любой смешок, неловкое движение, возражение, немедленно приговаривались к смерти, на нас обращались вороненные зрачки взрослых, отвечающих за образование, и палили по беззащитным. Тревожно.
Как по волшебству, участились проверочные, контрольные, ответы у доски, в общем самые прекрасные моменты. Тем не менее, наши ряды редели, болезнь уносила самых продуманных и слабых, многие предпочитали отлежаться и переждать бурю, наблюдая с безопасного состояния. Мама следила за мной и братьями орлиным глазом, мы заранее записывались и ставили прививки, никто не пропускал. На всякий случай, в опасные моменты, она заставляла нас пропивать противовирусные для профилактики. Так что я оказалась в эпицентре боев, без шанса выбросить белый флаг, захлюпать носом и свалить.
Пришлось встать с Пашей плечом к плечу и обороняться. Пока я схлопотала всего пару троек, ко мне явно придирались, но я решила опустить для ясности, уцелевшие одноклассники пострадали даже больше. Встал вопрос о дистанционном обучении. С боку подкрадывалась олимпиада по литературе. Полнейшая засада. Еще осталось реферат с презентацией схлопотать, чтобы наступило полное счастье.
В четверг, восемь уроков тянулись бесконечно, причем проходили настолько тяжело, что наносили психологические травмы. В конце, выслушав последний на сегодня звонок, я сгребла с парты вещи в рюкзак и поплелась к выходу, тянула ногу за ногу, спускаясь по лестнице, придерживалась за перила, на фоне накатывающих состояний слабости, учебный процесс совсем меня подкосил.
- Давай, иди на свои гульки, - визгливо подталкивала кого-то девушка в холле первого этажа, запросто перекрывая обычный школьный гул, можно позавидовать объему и силе легких.
Спустившись до конца, я с неприятным чувством, опознала в кричащей девице мою названную подругу Жанну. Рядом с ней стоял Саша, втолковывая ей неслышное, держа и встряхивая за плечо, стараясь звучать убедительней. Блондинка не желала слушать, трясла головой, накрученные кудри развивались, разве уши пальцами не затыкала.
- Ты постоянно меня бросаешь, я тебя по несколько дней не вижу, - продолжала доносить суть конфликта до окружающих в радиусе трехсот метров Жанна.
Мне захотелось немедленно провалиться сквозь землю, но на меня напирали сзади желающие побыстрее покинуть любимую школу, пришлось двигаться дальше, невольно становясь ближе к скандалу.
- Надоело так и скажи, - голосила блондинка.
- Да, - дал волю голосу Саша, рявкнув во всю мощь. – Мне надоело, претензии твои вечные. Ты неадекватная. Мы что теперь не должны вообще расставаться?
- Сволочь, козел, - не выдержала Жанна, в каком-то смысле ее не сложно понять, только она еще нацелилась ударить парня, потянулась наращёнными ногтями прямо к его лицу.
- Дура, - припечатал Саша, отмахивая от себя ее руки, ударил по ним довольно сильно, и пошел прочь.