Такие вот у меня друзья, я гордилась ими, мне нравилось проводить с ними время. Из группы детского сада мы плавно перешли в один класс и никогда не расставались, решая школьный проблемы сообща.
Я сама очень сильно сомневаюсь, но мне говорили, что красивая. Начинали хвалить обычно с волос, заставляя меня морщить нос и отодвигая мечту состричь длину в далекое будущее. Прямо, не стесняясь моего присутствия, обсуждали мою внешность обычно взрослые, обращаясь даже не ко мне, адресуя комплементы маме, будто я выставочная собачонка, за которой правильно и тщательно ухаживает хозяйка. Я возмущалась, едва терпела, прикусывала язык, чтобы не высказаться в ответ, и вопреки себе не могла перестать слушать эти унизительные оценки моего внешнего вида. Иногда в слишком наглых отзывах мелькало, что наше трио вообще выделяется внешностью.
Я вовсе не блондинка, как Сашка, у него волосы выгорали на солнце вовсе до белизны. Скорее шатенка, волосы у меня тонкие, но волнистые, не вьющиеся, а именно чуть завивающиеся, заметно обычно только на концах. Мне повезло, волос много, я замечала при уборке, они буквально везде, но и на голове оставалось достаточно. Мне не приходилось особенно изощряться, добиваясь объема. У меня неплохая фигура, хотя на мамины плюшки налегать не стоит. Я даже довольно высокая, хотя на фоне моих друзей рост в сто восемьдесят безнадежно теряется, они оба вымахали за метр девяносто. Пашка на пару сантиметров ниже Сашки, но мне это мало помогало, я рядом с ними пигалица. Слишком высокая, чтобы чудиться маленькой феечкой, куколкой, дюймовочкой и слишком низкая, каждому из них лишь по плечо или немного выше.
В общем, кроме взрослых, мной сильно не восхищались и чувствовала я свою красоту по косвенным признакам. Девушки, окружающие моих друзей, меня ненавидели и не слишком скрывали чувства. Я им мешалась. Только никогда не понимала, чем именно. Я же не претендую. Удовольствие от такого сомнительного признания меня за красавицу ровно ноль. Короче, все сложно.
Стоило мне досушить волосы и раздобыть из недр шкафа новую футболку с забавным принтом, на котором девушка ныряла в арбуз синего цвета с темными косточками, как в бассейн, и Сашка начал буквально бомбардировать меня короткими сообщениями в одно слово, требуя открывать двери. Зачем он так поступал не понятно, лучше бы нажал на кнопку домофона, возможно торопил меня с одеванием на свой манер. Я едва успела втиснуться в любимые широкие джинсы, как уже пришлось бежать к дверям.
Сашка загорел и, кажется, раздался в плечах, я завизжала и повисла у него на шее, он не остался в долгу, крутанув меня по кругу по воздуху, удивительно, что мы ничего не сшибли в довольно основательно заставленной прихожей. Никакого магнитика при нем не оказалось, и правильно, я пошутила, такое никто давно не привозил. Сашка выдал мне целый пакет обязательных восточных сладостей, я потащила его пить чай.
- Ну как оно? – поинтересовалась я у него, пока закипал чайник.
- Наплавался, - удовлетворенно сообщил Сашка, жмуря голубые глаза. – Пойдем вечером по городу прошвырнемся?
Мне не хотелось, за ним обязательно увяжутся случайно встреченные одноклассницы, знакомые, подруги подруг или кто-нибудь еще, слишком маленький город, мест для гуляний не много, нам не спрятаться.
- Пошли, не крути носом, сидишь в квартире безвылазно и в свой кринжовый геншин режешься.
У Сашки на игру не хватало терпения, поэтому он ее всячески старался дискредитировать, говорил не может понять кто из героев мальчик, а кто девочка, специально меня дразнил.
- Можно подумать, что без тебя тут жизнь остановилась, - фыркнула я, доставая с полки кружки и разливая кипяток.
- А что не так? Этот с балалайкой своей уперся неизвестно куда, - вспомнил Сашка нашего общего друга. – Ты замуровалась в квартире, как принцесса в башне. Скучно живете, со мной будет повеселее.