Я не могла повлиять на происходящее с Игорем, он не считался с моим мнением. Вел себя, как аутист. Всё чаще слушал музыку с закрытыми глазами. Я тормошу его, а он открывает глаза со словами: «Чого тоби надо?». Говорю: «Не спи, мы же на лекции», а он: «Ты даже не представляешь, где я был». Жутко!
Когда мы купили в «Табакерке» последний альбом, Игорь оживился, сразу же за дверью магазина раскрыл коробку, но не нашел очередного диска. Он увидел приглашение на концерт группы «Коло», выписанное на имя Игоря Распутникова. Мы с ним так и сели, прямо на тротуар. Настоящая мистика!
- Це на Западной Украине. Ты поедешь зи мной? – тихо спросил мой друг.
Я кивнула, слабо представляя, как Игорь самостоятельно доберется на другой конец страны.
Пора была весенняя - очень красиво вокруг, «Коло» выбрало славное время для своего концерта. Мы ехали в плацкарте мукачевского поезда. Игорь жмурился на солнышко, улыбался, – вероятно, в предвкушении увидеть своих любимых музыкантов, которых он слушал беспрерывно уже полгода. Забыла сказать, никакой информации об этой группе не было нигде: ни в газетах, ни по телеку, ни в инете. Даже продавец из Табакерки не знал, откуда приходили эти диски. Полная загадка.
Приехав в поселок, мы направились в местный клуб, но соответствующей афиши не обнаружили. Тетка – по видимому, директор клуба – сказала, что таких гостей они не ждут, а других клубов в округе не имелось. Я выдохнула с облегчением:
- Игорь, они тебя разыграли, ну их в топку! Поехали домой! – и взяла его за руку. Он увернулся и кивнул в сторону леса:
- Пишлы хоть лес посмотрим. Ды, як красиво. В нашем городе студентов нет такого леса.
И пошли. Мой Игорь шагал по тропинке, я хвостом сзади, потом мы сошли на другую тропинку, потом вернулись. Ходили туда-сюда и вдруг вышли на поляну – сочная трава уже там росла, хоть и апрель ранний был. Живописная поляна, в общем, и Игорь отреагировал на нее по-своему:
- Место дуже хорошее. Они здесь концерт проведут!
И тут же сел на траву, раскрыл рюкзак, извлек бутерброды, стал их наяривать.
Я не выдержала, говорю:
- Ты бахнулся?! В смысле, здесь концерт? Где же публика, сцена?
Он протянул мне бутерброд.
Так мы сидели с часа два – молча, потому что Распутников со мной не разговаривал. Но какого было моё удивление, когда из лесу, и, к слову, не со стороны поселка вышли люди, облаченные в светло-зеленые платья с синей вышивкой. Кто из них мальчик, кто девочка, не разобрать. Лица у всех бледные, волосы длинючие, а походка легкая, как ветерочек.
- Кто это? – Шепчу Распутникову.
- Ну «Коло», наверно. - Игорь совсем не боялся, в отличие от меня.
- Нет, в смысле, они что, сектанты?
Игорь хмуро глянул, словно я полнейшая идиотка:
- Це не сектанты.
Странные люди расположились в нескольких шагах от нас, достали музыкальные инструменты и заиграли. Я узнала мелодию – композиция из их первого альбома, только вживую никаких дополнительных звуковых эффектов не присутствовало. И тогда меня в первый раз пробило на эту музыку: я зарыдала – такой она мне показалась красивой. А эти люди играли ее с отрешенными и очень грустными лицами. Перебирали тонкими, почти прозрачными пальцами по сопилке, аккуратно били палочками цимбалы, даже скрипка, оказывается, у них имелась. Сложно было осознать, что это и есть «Коло», и старались ребята для одного только Игоря, верно, из благодарности, что он покупал все их дорогие альбомы. Когда дул ветер, они подрагивали, как листочки на деревьях. Солнце уже заходило, а они играли, не переставая.
Игорек балдел, смотрел на них заворожено, боялся дернуться. Когда стемнело, мне стало очень и очень стремно – у музыкантов группы «Коло» глаза светились в темноте. У всех разным цветом, но у большинства – зеленым.
Шепчу Распутникову еле живая от страха:
- Игорёчек, у них глаза светятся…
Игорь хмыкает:
- Я так их и представлял.
- Но как у людей могут светится глаза?
- Це не люди… Ну може й люди, но не таки як мы.
- А кто ж это?
- Нежить це по-простому. Мавки.
- И ты их не боишься?
- Шутишь, я бильше за все хочу буты, як вони.
- Зачем тебе быть, как они, Игорь? Посмотри, какие они грустные, несчастные. Я помню из сказок, что мавки – это утопленники и повешенные в лесу, самоубийцы. Это же мертвецы, Игорь.
- И мы мертвецы. Вопрос тилько в том, кто мертвее. А они прекрасны.