В убежище было не пройти, все толпились и давка была сумасшедшая. Новые прибывшие, перепугано оглядывались по сторонам и переговаривались. Им так же пришлось нелегко, когда обнаружив заместо запасов еды, их дети принесли кишки да трупные черви на стол. Вода почти закончилась, а питьевая тем более. Потому командуя, Гусь незамедлительно принял решение восстановить к надлежащим условиям, отель "Киевское подворье" за ночь, чтобы спровадить туда детей и женщин, а так же стариков. Ведь они и так натерпелись несколько суток на пролёт, не выходить на поверхность. Даллас взял охапку соли и стал шептать защитные заговоры, какие только знал. Будь его воля, он бы и в святой воде искупал и их, и себя заодно. Люди продолжали толпится, а не выспавшийся отряд паранормальных расследований, снова отправился в вылазку. Туман разбегался по улочкам, а вороны каркая, пугали до чёртиков. Да только это не сдержит тех, кто решил выступить против тьмы. Держа перед собой прибор, Очаков обошёл отель кругом и вернувшись объявил, что паранормальной активности не наблюдается. Потому через час там уже во всю гремели голоса, держа в руках зажжённые свечи, ибо света так и не было в городе до сих пор.
- Завтра восстановим, обещаю!
Гусь командовал перемещением в отель людей и распределял их по комнатам. А те как могли убирались да укладывались спать. И не смущало никого, что ещё несколько дней назад, здесь трупы сношались. До рассвета ещё далеко и усталые дети хотят спать. Как только воронежцы затихли, Гусь оставил на страже своего помощника, а сам присоединился к Очакову и Далласу:
- Предлагаю проверить каждый дюйм и выкурить скелетов прочь, если те всё ещё здесь!
Анатолий и начальник, послушно двинулись за одноглазым поводырем, что вооружившись приборами, застывал на каждом метре. Стрелка прыгала не давая понять, где именно паранормальная активность зашкаливает:
- Да они, небось под землёй прячутся. Трясутся там в канализациях.
- Туда мы тоже доберёмся.
Заходя в каждый дом и осматривая буквально каждый угол, отряд паранормальных расследований ещё долго будет искать следы нежити и выискивать их в самых тёмных подвалах, пока не изведут всех до последнего скелета.
Глава 18. Город восстанавливается
Утро приветствовало алыми лучами, а туман всё стелился вдоль дороги.
- Эй? можно больше света?
Несколько месяцев прошло, с тех пор как горожанам стало более менее спокойно ходить по улицам и люди начали обмениваться продуктами и одеждой, чтобы выжить. Свет давали с перебоями, но более важной задачей предстала подача воды. Потому исследуя канализации, отряд паранормальных расследований днями на пролёт бродил подземными городскими лабиринтами и обсыпал солью каждый закоулок. А затем, следом за ними шли те, кто не боялся нечисти и чинил трубы, устраняя неполадки всеми возможными способами. Тем временем, по мощённой дороге перекрёстка, что огибала площадь, на всю тарахтел трамвай. Его колеса звенели ржавыми от сырости болтами и везли на себе обломки руин Воронежа. Немцы так не приложили руку, как сами воронежцы, чтобы изгнать нежить из каждого закоулка. Потому даже дети принимались за работу, таская кирпичи. Палящее солнце беспощадно обжигало мальчика с веснушками, что стоял в шапке из газеты и ждал когда до него дойдёт очередь. А части обломков городского здания администрации передавались по детским рукам, цепочкой соединяя с площадью. И много, много ладоней хватали кирпичи и подавали товарищам. Красный кусок стены обнимали пальчики, играя в игру:
- Горячая картошка, ай!
- Горячая картошка, лови!
- Ты лови!
- Осторожно, горячая картошка.
- Ай, ай, очень горячо!
Кирпич падает на мощённую дорогу, и цепь рук перестаёт двигаться, а детским смехом заливается улица, что разносит его во все переулки. Мальчик с веснушками, ждёт не дождётся, когда горячая картошка дойдёт до него по очереди. И гарусными глазами оглядывая площадь, он вспоминает, как на ней маршировал дядя в фашистской форме. Он держал ружье наготове и сажал в тюрьму нарушителей, тыкая им свастикой прямо в лоб. И считали его злобным приспешником врагов, которые держали город в оккупации целых три года. Но как только фашист перестал выходить на площадь и гонять оборванцев, на улицу вышли мертвецы. Маршируя стройно в ряд, несметными полчищами, они за несколько дней изуродовали своими кишками каждый дюйм и каждую подворотню. Вот ходи сейчас и подбирай за ними засохшие мозги, да жги кости. А ведь то были когда-то люди! Адская напасть атаковала воронежцев и теперь их тела даже земля не примет! А души, пусть Господь помилует да простит.