- Отпусти душу Инокентия Степанова и мы на сегодня закончим.
- Но Степанов своё получил! У него такое прекрасное шоу Колода Дам! Я сам лично приходил посмотреть.
- Верни ему душу, иначе сам знаешь что будет.
У Люцифера выбора не было, ведь маги - дело серьёзное. Он прекрасно знал, чем может обернутся неповиновение медиуму - заточением в аду навечно. Конечно, он до конца не верил, что Скомкин на столько отчаянный и все же боялся этого заклинания, больше самого Господа Иисуса. Закончив и снова стоя во всей красе и обжигая свои ладони, он клацал челюстью, улыбаясь во все зубы. Его кожа плавилась, оголяя внутренности и те пахли по особенному отвратно. Кости трещали словно дрова в костре, а зубы скрипели и сводили сума. Но Скомкин держался. Он глядел с презрением на самое отвратительное отродье и уродство этой нежити, что выползла из потустороннего мира, творить своё беззаконие. Некоторые маги просто глупцы и играясь с огнём, уже привыкают к ожогам, думая что нечистые им покоряются. А те и вправду выполняют желания, одаривают богатством и славой, как его друга детства Инокентия Степанова. Люди - сами продают и выменивают душу, обрекая себя на муки ада. И вот когда колдуны забывают где рай, а где ад и путают его местами - на Землю приходит Сатана и разгуливает среди людей во плоти. Так произошло в Чикаго. Люцифер расхаживал меж живых, сотворяя из них мертвецов и забавлялся их жизнями. А наивные люди доверялись и платили по счетам собственной душой. Но теперь этому безумию настанет конец. Люцифер больше никогда не ступит своей ногой в этот город.
Огонь пожирал плоть сатаны, а тот скалился на колдуна, ведь последнее слово всегда за ним. Скомкин не спешил спроваживать дьявола и у того затаилось такое чувство, что маг ожидает чего-то, а может и вовсе задумался о несметных богатствах или ещё чего - стать президентом например. Ведь Инокентий Степанов тоже боролся с нежитью, но однажды повстречав Люцифера, захотел жить красиво и безмятежно. Сложные тогда времена были - волны миграции и море приезжих. Конкуренция да нищета побуждает людей становится на тёмный путь, вопрошая нежить оказать услугу. А некоторые и вовсе пользуются демонической силой, позволяя тем вселятся в свои тела и ходить по земле. Потому Люцифер ждал, когда Скомкин передумает отправлять его на сто лет. И толку-то, для сатаны это почти ничего не значит. Если ни этот, то другой колдун призовёт царство тьмы себе на подмогу, высвобождая демонов в этот продажный и гнусный мир, в котором уже ничего святого не осталось. Скомкин, будто читая его мысли, заулыбался в ответ на оскал нежити и приготовился спроваживать того обратно.
Василий достал остатки свечи и поджигая её прямо языками адского пламени, которым пылал Люцифер, он начал повторять древний заговор, а сатана снова становился обычным земным человеком. Руки его обтягивались кожей, а шея больше не скрипела позвонками. Сатана снова стал возмущаться, но мага уже было не остановить:
- Эй, мы же все оговорили: я возвращаюсь в ад, а ты живёшь своей жизнью.
И Скомкин действительно спроваживал того обратно, только не на сто лет, как запланировал. Пламя на свече полыхало ясно и будто факел освещало белый коридор. На пол катились капли крови из запястья Василия Скомкина, а он не обращая на них никакого внимания, продолжал проводить обряд. Кожа с Люцифера начала слазить и внутренности падали на пол. Челюсть его клацала что-то невразумительное, а зубы сыпались как после хорошего хоккейного матча. Скомкин загнал лезвие ножниц в самое сердце. Их он взял ещё там на столе ресепшена. Кровь стекала струёй на пол и омывала кости скелета, что уже не мог удержатся на ногах и повалился навзничь:
- Принося себя в жертву, заклинаю тебя именем Господним и запираю в аду навечно...
Губы еле шептали, пульс замедлялся и он почти не чувствовал боли в груди. Ножницы торчали из тела Василия Скомкина, которое вскоре найдут полицейские, что снова приедут на вызов сигнализации. Он упал коленями на пол и молясь, на последнем издыхании проводил обряд жертвоприношения. Он бы мог этого не делать, ведь Воронеж все-ещё ждал его помощи. Он бы мог не жертвовать собой и оставить сатане шанс вернутся в Чикаго через сто лет. Ведь за это время обязательно появится новый маг и защитник. Василий мог жить долго и счастливо, играясь с племянником, если бы сегодня оставил дьявола в покое. Но глядя, как мистер Вуд самоотверженно пожертвовал собственной жизнью и душой, ради мнимого спасения миссис Роуз, Скомкин уже не мог иначе. Он не мог просто уйти отсюда, оставив непогребенное тело Вуда и уехав прочь на его машине, зажить спокойно и без угрызений совести. Эта советская черта, не бросать друга в беде и спасти человечество любой ценой, пробудило в нем желание стать героем для этого города, что так отчаянно нуждался в ком-то, подобном ему. Чикаго будто ждал его все эти годы погибая и мучаясь в лапах нежити, что притаилась в каждом баре, на каждой улице. Кровь сочилась, омывая грехи безумных и моля за них прощенье. Его жертва навсегда закрыла тот портал, по которому сатана так беспрепятственно разгуливал между адом и жизнью на Земле. Конечно демоны не перестанут терроризировать людей и всегда найдётся лазейка, для наивных искателей потусторонней помощи. Но Люцифер и другие высшие демоны, будут навечно запечатаны в гиене огненной и гния да проклиная Скомкина, больше никогда не выйдут на поверхность. Его последний взгляд, остановился на теле погибшего мистера Вуда и он лишь прошептал: