Очнулся он полностью связанный. Нашатырь вонял под носом и в глазах расплывались фигуры. Сколько их здесь, дюжина? И как помещаются в этой маленькой комнатке? Но по немного фигуры становились одним человеком, что поставив железный стульчик, смотрел на него внимательно и неторопливо задавал вопросы. Голос его звенел как гром и Анатолий подумал, что прежде чем спрашивать пленника, хорошо бы было его не избивать до такой степени. Голова трещала по всем швам, будто ещё вчера он был там, в подвале бара на Кларк-стрит и бесплатно нюхал кокс, до потери сознания. Мужчина в форме задавал однотипные вопросы, о том кто из американцев его подослал и зачем. Но не добившись ничего, давал тумаков резиновыми сапогами. Пытаясь собраться с силами, Анатолий все же выдавил из себя признание, что убийство совершал не он. Его преследует американский миллионер, по имени мистер Вуд. Тот подстроил убийство, потому что хочет вернуть свои денюжки. И служащий высокого ранга, на минуту задумался:
- Как ты говоришь, тебя звать?
- Анатолий Даллас?
- И за что сидел ты, Анатолий?
- За разбой и грабёж сэр, отсидел шесть лет.
- Вот и сиди дальше!
Он чувствовал снова, как к горлу подбирается худощавая рука и душит его, не оставляя выбора. Вновь теряя сознание, он видел как усыпляющий газ двоит, троит и размножает человека в форме: на множество суровых версий, которые одев противогаз, склонились над скрюченным телом. Дав ему последнего тумака, все эти люди как то одновременно просачиваются через отверстие в потолке, полностью исчезая из виду.
Голова трещала, как лопнувшая банка. Звуки резали уши и казалось, что из носа течёт кровь. Но это были ложные впечатления, так как прислушавшись к своему телу, он заметил, что оно то уже немного зажило от побоев и украшая себя синяками, лишь отдалённо напоминает ему произошедшее. Даллас попытался открыть глаза и увидел напротив мужика, что стоял у бочка да справлял малую нужду. Проведя головой по кругу, он вдруг врезался лбом в решётку и понял, что с каких-то недавних пор - его перевели из карцера в обычную тюрьму. Не совсем обычную, скорее всего для особо опасных преступников. Но суть заключалась в том, что он все ещё жив. Потому собираясь подняться на руках и цепляясь за решётку, он краем глаза углядел камеру напротив, с такими же заключёнными.
- Долго же ты спал?
- Сколько?
- Откуда ж мне знать?