Он невольно поймал себя на мысли: какой потрясающий эффект может придать такой поворот дел ее последнему репортажу! — но тут же устыдился. Для его репутации эффект будет прямо противоположным. Короче, в любом случае он предпочел бы помогать Бринку в его научных исследованиях, а не служить нянькой чрезмерно разговорчивой журналистке.
Пока все трое заканчивали облачаться в скафандры, Кора Майлс продолжала сообщать показания уровня радиации и другие жизненно важные параметры обстановки в зоне будущей ВКД. Когда пришло время надевать шлемы, выяснилось, что радиоактивность снижается, хотя и довольно медленно. Лоу включил интерком и проверил, как работает связь между участниками высадки. Рация работала безупречно. До его слуха доносилось торопливое, неровное дыхание девушки. Если она будет потреблять воздух с такой интенсивностью, время прогулки придется сократить минут на двадцать.
— Расслабьтесь, Мэгги. Вспомните, чему вас учили в Хьюстоне. Дышите нормально. Представьте, что вы в акваланге. Система обеспечения подает ровно столько воздуха, сколько вы вдыхаете, а учащенное дыхание приводит только к ненужной трате кислорода.
Она улыбнулась в ответ. Улыбка показалась Бостону вымученной.
— Вот так-то лучше. И запомните: вы все время будете со мной в одной связке, так что не волнуйтесь ни о чем. Просто наслаждайтесь ландшафтом. А куда и когда двигаться, я решу сам. — Кивок и еще одна улыбка, на этот раз более уверенная и бодрая. — Очень хорошо. И ничего не трогайте, пока я вам не скажу. Попробуйте вести себя так, как ведут себя обычные туристки под опекой гида.
— Это у меня всегда здорово получалось! — Голос ее звучал в наушниках шлемофона чисто и без помех. — Трогать я тоже ничего не собираюсь, кроме моего рекордера. А он, к счастью, автоматический. — Она тронула пальцем видеокамеру специальной конструкции, вмонтированную в левый рукав космического костюма.
Второй раз за эти сутки Бостон оказался наедине с пустотой. Замер на какой-то миг на пороге шлюза. Корпус корабля ограждал землян от солнечных лучей, а на поверхность астероида они изливались беспрепятственно. В наушниках снова послышалось учащенное дыхание Мэгги Роббинс. Лоу кашлянул в микрофон. Дыхание вернулось в норму. Бринк двигался по правую руку от него, и Лоу несколько изменил направление. При приземлении на грунт они должны были очутиться как можно ближе к одному из оставленных взрывом кратеров.
— Как чувствуете себя, Мэгги?
Ее голос шорохом отозвался в наушниках:
— Неважно… сначала было неважно. Теперь лучше. Никак не могу сообразить, поднимаюсь я или падаю?
— Оба этих понятия здесь неприменимы. Но вы не забивайте себе голову всякой ерундой. Мы покинули корабль и направляемся к астероиду. Больше вам ничего знать не нужно.
Беседуя с девушкой, стараясь ободрить и успокоить ее, Лоу успевал проверить и перепроверить функционирование своего скафандра и вмонтированных в него приборов. Наконец они приземлились на астероид.
— Не позволяйте себе обмануться видимостью твердой поверхности под ногами, — предупредил он спутницу. — Сила тяжести здесь практически отсутствует, ходить в обычном смысле этого слова вы не сможете, как не смогли бы передвигаться, скажем, по воздушному шарику.
— Изумительный вид!
Бринк уже сориентировал себя над краем кратера и теперь собирал в мешок какие-то невзрачные обломки породы. Некоторые из них он выковыривал из грунта, прилагая значительные усилия.
— В основном железоникелевый сплав, но попадаются и другие образцы, — сообщил ученый первые результаты. — Пока не вижу отличий от обычного болида. — Включив реактивный двигатель, немец лихо перевернулся с ног на голову и завис в нескольких сантиметрах от грунта. — Я нашел вкрапления оливина и, возможно, кое-что весьма любопытное. Точнее смогу сказать после лабораторного анализа.
Журналистка сначала с азартом записывала каждое слово Бринка, потом ей это наскучило, и она принялась снимать окружающую панораму, время от времени задавая вопросы. Как успел заметить Лоу, вопросы были тщательно продуманы и конкретизированы. Для командира корабля это было очередной неожиданностью. Время летело незаметно. Он опять сверился с хронометром.