И она отправилась на его поиски. Ей было скучно.
Шаг за шагом атмосфера Лаборатории проникала в нее. Влажные стены, потрескавшийся потолок первого этажа и запах сырости окружали Дану, спустившуюся в самый низ.
Пол в холле был выщерблен, посередине тянулись две узкие параллельные царапины.
Она стояла и остановившимся взглядом смотрела на них. Она думала о том, насколько бесполезны поиски Эйнара. Он был для нее никем. Он помогал ей – для чего? Она не знала ответа на этот вопрос и вдруг ясно уверилась, что и не узнает. Что ж, всегда можно бежать дальше или просто вернуться домой. Родители наверняка сходят с ума, но мысль о них вызвала лишь тоску.
Темные страницы, черные буквы на черной бумаге проступали перед Даной. Выщербленный пол вдруг стал гладким, размытым. Дана помотала головой, пытаясь отогнать сумрак и туман в голове – но нет. Сил не было, и она не знала, и не хотела знать, откуда взять их.
Дана шла вперед, пока впереди не показалась дверь на улицу. Странно, когда они были здесь вчера, в холле было гораздо холоднее.
Дверь неожиданно заскрипела – кто-то открывал ее снаружи. Дана развернулась и бросилась к нише в стене. Узкая фанерная дверь, покрытая белым налетом, оказалась спасением.
За ней оказалась анфилада комнат, соединенных арками. Слабый свет сеялся из углов. Белый туман густо разлился по полу. С потолка беспрерывно сочилась маслянистая черная жидкость, которая тяжелыми каплями срывалась вниз, пробивая в толще тумана бесформенные отверстия. Дана боязливо поежилась. По холлу за дверью тащили нечто тяжелое, оттуда доносились вздохи и ругань. Вернуться нельзя. Но идти по этой анфиладе было бы страшной, необратимой ошибкой. Дана почувствовала это всем телом. Что-то и внутри, и снаружи приказывало остановиться.
Из-за двери раздался дикий, душераздирающий крик, и Дана пошла вперед.
Пол в толще тумана оказался неожиданно горячим и сухим. Она шла быстро и не видела своих ног.
Комнаты анфилады были пусты. Голые стены в потеках черной жидкости – вдоль стен с потолка она сочилась особенно много. Дана шла и шла вперед, несколько капель попало ей на голову и плечи. Она не задумывалась, что бы это могло быть, надеясь, что это просто грязная вода или масло.
Наконец туман начал рассеиваться, а свет становится более ярким и теплым. Дана пришла к огромной белой двери из блестящего материала, сквозь мутные окошки матового стекла которой пробивался желтоватый свет и виднелся странный силуэт.
Она открыла дверь.
За Даной был большой круглый зал. В центре его, из пола, росло огромное дерево. Ствол его поднимался высоко вверх, и крону практически не было видно – она скрывалась в темноте и тумане. Желтоватый свет шел от самого дерева: на одной из его нижних веток подвесили большой стеклянный светильник в виде капли, с огромной зажженной свечой внутри. В зале никого не было, и Дана подошла ближе. Под ногами захлюпало – торчащие из камня корни дерева окружала земля, пропитанная влагой.
Темная кора дерева тоже казалась влажной. Дана не могла подойти вплотную к стволу, поэтому она нагнулась и провела пальцем по корню.
Дана поднесла руку к лицу. Света было мало – она не могла различить цвет жидкости.
Дана устало села на корень. Чуть липкая гладкая поверхность холодила ноги, и Дана сползла вниз, усевшись на землю. Вокруг царила мягкая, успокаивающая темнота, слегка рассеиваемая желтым светом. В этом месте была некая зачарованность и древность. Дерево казалось миролюбивым, и нависало сверху не угрожающе, а словно предлагая защиту. Дана расслабилась и легла на корень спиной. Каждый позвонок ее тела совпал с выступом на корне, раскинутые руки погрузились в жидкую землю. Светильник чуть раскачивался над головой, но совсем не слепил чуть прикрытые глаза.
Дана уловила еле слышные звуки, будто кто-то идет, медленно и уверено – спокойные, тихие шаги. Нечто гибкое и тонкое обвило ее запястья и лодыжки, легко скользнуло по лицу, оставило змеящиеся холодные следы на груди и так же почти неуловимо исчезло. Светильник мигнул, земля словно глухо вздохнула – и все стихло.
***
Эйнар вновь стоял в том месте, где совсем недавно – впрочем, он понятия не имел, сколько в самом деле дней назад – он был с Даной.
Подвал. Здесь ничего не изменилось: те же стеллажи, большое количество открытых емкостей темной жидкостью, пронизывающий холод. Он заметил покрытые наледью баллоны вдоль стен, узкие вентиляционные окошки – мелкие детали, которые наверняка просто не заметил в прошлый раз. Ториссон пришел сюда в первую очередь для того, чтобы свериться с картой. У него была своя, маленькая кривая распечатка снимка с карты в холле, но сравнив ее с оригиналом, Эйнар с удивлением заметил расхождения. Расхождения были также между картами и собственно Лабораторией. Единственное, что совпадало с реальностью в обоих случаях – подвал. В него вело две лестницы и один коридор. Все эти пути Эйнар уже проверил. Кроме того, существовало еще одно подвальное помещение, которое соединялось наклонным ходом прямо из холла первого этажа. Странным было то, что границы его на плане нарисованы пунктиром. Собственно, целью всего этого исследования Ториссона был этот второй подвал.