— Нисколько, — уверенно ответил ей суровый человек в серой робе, именующий себя главный инженером Лаборатории.
Эйнар отодвинулся от щели в двери кабинета командующего. Все эти охотники и их помощники были обречены. Ториссон никак не мог выгнать всех этих людей из здания: он верил Дане, верил тому, что ей рассказало Дерево. Эта девушка была рождена для того, чтобы говорить с Дырой и принадлежащими ей созданиями. Вот почему ей так плохо с людьми; она будет вечно бежать и ходить по грани, и не найдет покоя.
Сейчас Дана была готова идти вместе с Эйнаром: она оделась и стояла позади него. Она умылась, но губы ее так и остались черными.
Стоя на последней ступени лестницы, глядя в выщербленный, усыпанный осенними листьями пол холла, Ториссон обернулся. Ни одна свеча позади него не горела. Он слышал лишь шаги спешащих людей и мягкий, глухой звук, с которым листья падали на пол.
Он поднял один из них. Черный, скрученный, довольно большой лист.
— Эйнар, кто был твоим отцом? – неожиданно спросила Дана.
— Моя мать говорила, что он давно мертв.
— Твой отец пришел к дереву, — ответила Дана. Ториссон с недоумением посмотрел на нее. – Он был таким же, как я. Дыра звала его. Огоньки не давали ему покоя. Знаешь, что находится по другую сторону Дыры?
Эйнар покачал головой.
— Волшебство, — сказала Дана. – Но люди еще не готовы: они боятся. Пока что дерево дарит им спокойную смерть – или возвращение в мир живых, если они пожелают. Оно и есть тот коридор, который мечтала открыть твоя мать.
Ториссон вздохнул с облегчением.
Он быстрым шагом перешел холл, распахнул входную дверь и вышел на улицу – в морозный, ветреный день. Дана последовала за ним: в ее глазах светилась надежда.
Эйнар знал, что им обоим еще суждено вернуться сюда.
Конец