Дана брела вперед. Цели не было, главное, не к дому, и славно. Она знала, что семейство ее в панике. Знание было, но не вызывало эмоций, ни сожаления, ни страха, все потонуло в сером мареве, в рое грязных мошек перед глазами, в привычном стуке молота где-то между барабанными перепонками.
Дана ни о чем не думала, просто шла. Часть улиц уже была пройдена несколько раз: часам к восьми многие лавки закрылись, и Дана прибавила шаг, чтобы попасть в маленький магазин кухонной утвари и посуды, находящийся в тупике на другом конце поселка. Еще днем, в начале своего побега, она увидела нишу в прилавке, в которую можно было пробраться незамеченной и провести там ночь. Продавец, спитого вида пожилой мужчина, часто выходил из-за своей стойки и разговаривал с кассиром. Когда Дана наконец-то добралась туда, так и было.
Она сделала вид, что заинтересовалась сковородками и странного вида техникой, и простояла возле них достаточно долго. Когда кассир засобирался домой, продавец, довольно шмыгая носом, начал возится с бумажками на столе, Дана проскользнула за прилавок, нагнулась, и заползла в него. Места оказалось маловато, и коленки торчали наружу. Однако, напротив к стене была прислонена большая стиральная доска, и Дана немедленно воспользовалась ею. И осталась незамеченной, когда продавец протиснулся за прилавок. Он долго чем-то гремел, ходил, выключал свет, потом, кряхтя, собирался, и наконец ушел и запер за собой дверь.
Дана наконец-то расслабилась. Пол оказался ощутимо холодным, доски сырыми и промерзлыми на ощупь, но все же, в магазине было куда теплее, чем на улице. Дана откинула стиральную доску и выползла из-под прилавка. Она нашла на полке немного валяного мяса и хлебцев, съела часть еды, с трудом преодолевая тошноту. Вернувшись в свое укрытие, Дана сразу же провалилась в тяжкий, темный сон.
Пробуждение было необычным. Ее держали за руки, ее похлопывали, не очень болезненно, но неприятно, по щеке. Дана открыла глаза. Это был хозяин магазина. Она планировала дождаться его прихода и незаметно уйти, но сон подвел ее. Хозяин ей что-то говорил, пихал ей в руки ее сумку, но черный колокол вернулся, он оглушительно бил внутри головы. Дана ничего не видела и не слышала.
— Доброе утро, — колокол замер. Кто-то вошел.
Хозяин отпустил ее, и повернулся к стоящему на пороге бледному человеку в заснеженном темном плаще.
— Где мой заказ? Его должны были доставить сегодня ночью, – ровным голосом сказал вошедший.
— Мои люди привезли его, сэр, но там были… — тихо начал продавец, но человек в темном быстро подошел к нему и схватил за воротник.
— Они увидели? Ты же объяснил им, что это делается в научных целях?
Дану будто обдало холодом.
— Да, но… они… Это же люди, сэр, нельзя же так поступать с живыми людьми...
Дверь магазина распахнулась, и вошел еще один человек, и сдерживающе положил руку на плечо вторженцу.
— Мы им сказали, что будет с курьером в случае ошибки.
Продавец грузно осел на пол.
— Я должен разобраться с нашим заказом! – прошипел второй, и такая злоба слышалась в его голосе, что Дана, крадясь за его спиной, начала быстрее пробираться к дверям.
Первый вошедший обернулся и пристально посмотрел на нее, примораживая к месту, но Дана резко открыла дверь и выскочила наружу.
— Ты хочешь, чтобы она все растрепала? За ней! – крикнул некто в темном, и второй понесся по заснеженной улице за Даной.
Она бежала вперед. Снег плотной завесой, кровь стучит в ушах, чьи-то локти, коленки, чьи-то потные тела, суета и мрак, как будто выпитый воздух… В горле уже ощутимо саднило, хотелось пить, но больше всего хотелось остановиться, но она ощущала бегущего за ней шкурой, как будто вся спина, затылок стали сверхчувствительными, как антенны. Они словно ощущали его душу где-то рядом, и шаги преследователя стали оглушительными. Дана бежала вперед, перепрыгивая нерасчищенные сугробы, повозки, огибая углы – она бежала вперед. Она бежала, бежала, боясь обернуться, и опасаясь смотреть вперед – приближался жилой квартал, а за ним был пустырь, значит, бежать некуда, но об этом лучше не думать. Не думать о странных словах тех людей – что именно за заказ ждал их в магазине кухонной утвари?!
Он настигал, этот неказистый человечек в коротком пальто, он стал сейчас олицетворением ужаса, катализатором движения. Дана бежала, воздух вокруг нее задвигался так быстро, как кровь в ее венах, и она почувствовала, что неведомая сила, помогавшая ей, растворяется, и сейчас она просто упадет в снег. И о боги, он догонит ее.