- Извините, – пробормотал Анжи, мечтая, чтобы Пьер оставил его в покое и поскорее убрался, у них с Луи и так хватало тем, чтобы объясниться.
- Я хочу попросить тебя кое о чем, между нами, – тихо сказал Пьер. – Я привез тебе почитать письмо от Ганса, одно из первых. Вот, держи, только осторожно, оно очень старое, больше десяти лет.
- Это обязательно, господин Пьер?
- Да, читай, я настаиваю.
Письмо произвело на Анжи огромное впечатление, хоть он старался этого и не показать. Ганс был в тюрьме лишь первый год, и в этом письме он подробно описывал, как на зоне издеваются над пассивными гомосексуалистами и теми, кого такими сделали. Ганс писал: “По рангу мне полагается участвовать во всех этих “развлечениях” или просто смотреть с полным равнодушием. А я не могу! У меня сердце разрывается! Я раньше и сам все это делал, пока не узнал тебя. Мне удалось тут пригреть одного из них, получив мое покровительство, его вроде бы оставили в покое. А остальных иногда убивают просто ради забавы. До тебя, может, дойдут слухи, что у меня здесь роман, так никому не верь, мой любимый. Это просто способ выживания, да и жалко мне его. Береги себя, мой дорогой, не нарушай закон, умоляю тебя, будь осторожен. “
Прочитав, Анжи молча вернул письмо Пьеру, тот бережно сложил его и убрал в нагрудный карман.
- Ты очень симпатичный, – похвалил его Пьер. – Но ведь в штанишках у тебя не все в порядке, верно?
Анжи испытал ощущение, словно его вновь бросили в ванну с ледяной водой. Зрачки его расширились от ужаса и он, онемев, смотрел на Пьера.
- Ты не обычный, мальчик, да? – вкрадчиво продолжал Пьер. – Я не знаю, в чем дело, но колени ты сейчас сжал, нормальный парень так не поступил бы, значит, тебе есть, что прятать? Да?
- Господин Пьер .., – только и мог сказать Анжи, просто не веря, что слышит это, он был готов умереть!
- Я люблю тебя очень, – заверил Пьер. – Только подумай, милый, чем мы с Луи сможем помочь тебе, получи ты хоть самый маленький срок, даже просто в колонии общего режима? Что будет с тобой? Там в одной спальне спят по сто человек, и если кого-то насилуют, то остальные даже не просыпаются. И душ огромный и общий. И сортир – в один ряд десять дыр. Я не думаю, что найдется человек, который заступится за тебя. Издеваться над пидором в тюрьме считается вершиной удальства. Ты станешь порно игрушкой и умрешь от голода и побоев. Это я выживу, если что, присосусь к кому-то сильному, буду угождать. Да и весь уголовный мир знает, что я – любовник Ганса. Подумай, что будет с Луи, если с тобой случится такое несчастье! Тебе повезло, что я имею влияние на Эла, и никогда не дам ход этому делу. Пусть Луи платит, в этом всем и его вина.
- Не говорите ничего про меня никому, – просил Анжи.
- А ты думай о том, стоит ли тебе с твоим бешеным нравом поднимать на кого-то руку. Ты людей калечишь! И это у тебя уже не в первый раз! Купи себе боксерскую грушу!
Пьер засмеялся и потрепал Анжи по голове. Тот сидел ни живой, ни мертвый.
- И еще я тебе хочу кое-что рассказать, так, на будущее, ведь мы все в одном котле варимся. Мать Эла сидит в тюрьме очень длительный срок, за что – не знаю. Эла воспитывала бабушка, которую он очень любил. С ними жил еще его отчим, который только и делал, что пил и нещадно бил и Эла, и бедную старушку. А потом несчастную пожилую женщину парализовало. И отчим открывал комнату и разрешал кормить умирающую и ухаживать за ней, только если Эл обслужит его. Ну, ты понимаешь, о чем я. Страшно подумать, сколько издевательств и унижений он вытерпел за это время, но не бросил бабку на произвол изверга, а был с ней до конца, пока она не умерла, а лишь потом ушел на улицу, где и попался мне.
Теперь лицо Анжи горело огнем, он боялся смотреть Пьеру в глаза.
- Так же, ты, верно, не заметил, Эл очень худой, от природы, и слабый, его ветром сдувает. Он при всем своем желании не мог бы сразиться с тобой и дать тебе сдачи.
- Господин Пьер, хватит, я все понял! – не выдержал Анжи.
- Не перебивай меня, – повысил голос Пьер. – А теперь о твоем Луи, об этом старом похотливом идиоте. Ну не может он отказываться от секса, когда ему предлагают. Он за жизнь так настрадался от одиночества, что у него полностью выключаются мозги, и он ни о чем не думает. Страх остаться одному, без любви, без партнера, без секса, прочно поселился в нем, и, боюсь, навсегда. Я напомню тебе, что Луи подобрал тебя, когда ты шатался голодный и холодный, уже готовый начать продавать себя, пригрел тебя, кормил, поил, лечил, учил, ты сам влез к нему в дом и в его кровать, тебя никто сюда особенно не звал и не уговаривал. Тебе, крысеныш неблагодарный, не в чем упрекнуть его!
Никогда в жизни Анжи не получал ни от кого такую страшную выволочку, как сегодня от Пьера. Вид у него был столь жалкий, убитый и измученный, что Пьер невольно пожалел его. Уходя, Пьер, стараясь немного развеселить своих друзей, рассказал пару анекдотов, но их никто не понял.
- Простите, друзья, что вторгся к вам, принес нехорошие вести, нарушил ваш семейный покой, – галантно извинился Пьер на прощание.
На Луи и Анжи, на обоих, просто лица не было. Как только дверь за Пьером закрылась, Анжи сразу же предложил:
- Луи, черт! Я виноват, что вышло все это дерьмо! Если у меня есть на карточке пятьдесят тысяч долларов, то отдай их Пьеру, а если нет, то я сам выплачу все тебе из своей зарплаты!
- Анжи, не приноси извинения. Понятно, что я виноват. Я взрослый человек, мог бы и предвидеть, что будет. Мне все кажется, что в любой момент ты меня бросишь и уйдешь.
- Я никогда тебя не брошу, – серьезно, искренне, пообещал Анжи. – Знаешь, Луи? А я сегодня ведь продал ту жуткую желтую шубу из норки, которую даже никто ни разу не примерил!
- Да? И за сколько?
- За тридцать тысяч долларов.
- Да ты что!!! – вскричал Луи восторженно.
Он бросился к Анжи и сжал его в объятиях, покрыл его лицо поцелуями.
- И ты молчишь? Мы спасены! Как тебе это удалось? Я был уже готов отдать ее в армию спасения на гуманитарную помощь! Она пять лет провисела!
- Я её помню с первого дня, как пришел к тебе в магазин, – со смехом сказал Анжи.
С этого дня Анжи решил серьезно изменить свое поведение. Драться ему действительно нельзя, это понятно. Анжи решил купить себе боксерскую грушу, все советы Пьера всегда были бесценными. Он перестал шпионить за своим другом, да, к слову, желающих крутить роман с Луи значительно поубавилось.
Анжи отдался работе, учебе, любви, стараясь быть как можно более дружелюбным и спокойным.
Но в душе у него кровоточила новая рана.
Анжи, с каждым днем все больше и больше, влюблялся в Малыша. А Малыш на любой дискотеке был окружен самым пристальным вниманием девушек, они просто липли к нему и вешались сами на шею!
Малыш был необыкновенно красив, эротичен, культурен, имел добрый покладистый характер. Страсть сжигала Анжи изнутри, но он никому это не показывал, а избивал теперь грушу.
====== Смертельный удар. ======
Демон принимал у себя Луи. Дело было поздно вечером. Луи приехал неожиданно, печальный и какой-то весь вымотанный. Демону невольно стало его жалко, он разместил друга как можно более удобно и окружил вниманием и заботой.
- Не могу уснуть без него, – жаловался Луи. – Вот любит же шататься, черт поганый!
- Как у тебя вообще дела? – поинтересовался Демон. – С Анжи, я имею ввиду.
- Замечательно. Так и живем втроем...
- Втроем? – изумился Демон.
- Ну да. Я, Анжи и Малыш. Анжи влюблен в Малыша. Ты не знал?
Демон призадумался:
- Я вижу, что парни замечательно дружат, но означает ли, что между ними присутствует любовь...
- Означает, Демон. Анжи рвет и мечет, если не увидит Малыша хоть один день. А отыгрывается он на мне. Если же Малыш заходил к нему в магазин и они вечером договорились увидеться, то мой дружочек мил и ласков, ни в чем мне не отказывает, само очарование. Зато если Малыша, по каким-то причинам, или без причин, вдруг нет, и до него даже не дозвониться, то моего дружочка и пальцем тронуть нельзя, он рычит, кидается, мечется по квартире и не находит себе места. Получается, что мои отношения с Анжи напрямую зависят от его отношений с Малышом!