Луи не любил Анжи. Это так. Ценил, уважал, но не любил. Тогда, как его, Принца, Луи любил, но не ценил и не уважал. Где же, эта золотая середина, да и бывает ли она? Принц опять всхлипнул. Вот у них с Демоном...
В машину сел Демон.
- Ты что, Принц? Ну, успокойся, нам сейчас всем тяжело. Мы сделаем, все, что можем. Смотри, не подведи, со своей стороны.
- Не подведу, – сдавленным голосом пообещал Принц и достал носовой платок.
- Там, в бардачке фляжка, – ласково сказал ему Демон, – в ней, кажется, оставалось немного коньяка...
Принц через секунду завладел фляжкой присосался к ней, как вампир к жертве. Принятой дозы хватило, чтобы щеки его порозовели и он слабо улыбнулся.
- Спасибо. Все-таки, есть в тебе немного доброты...
Они подъехали к зданию городского суда. Анжи уже был здесь, он не решался выйти из машины, так как на крыльце обосновалась толпа родственников Луи: пожилая сестра, два бородатых племянника, их жены, куча ребятишек, и в придачу еще какой-то полный солидный мужчина, очевидно, адвокат семейства.
Завидев Демона, Анжи вылез из машины. Демон ободряюще хлопнул его по спине. Принц протянул Анжи руку, тот неохотно пожал ее, типа официальное примирение.
- Демон, – сказал Анжи, – может, мы зря все это затеяли? Пусть подавятся.
- А магазины? – строго напомнил Демон, – они-то подавятся, да Луи нам этого не простит.
Ровно в девять двери зала суда открылись, и все стали рассаживаться по местам.
Демон пытался дать Принцу последние наставления:
- Называй судью “ваша честь”, не вздумай ему подмигивать, веди себя прилично.
- Да знаю, – раздраженно сказал Принц, – я не идиот.
- Встать, суд идет, – объявила девушка-секретарь.
Судья, седой мужчина лет шестидесяти, произнес традиционную вступительную речь, что суть дела – наследственный спор. Но все знали, что дельце скандальное. Шутка ли, за наследство спорят родная сестра усопшего и его любовник-гей!
В зал набилось не мало прессы, а так же, людей, пришедших поддержать Анжи. Демон с досадой заметил, что Принц обернулся на Пьера, обосновавшегося на заднем ряду, и сделал ему ручкой. Там же он заметил и Малыша.
Слушание началось. Предоставили слово сестре.
Сестра Луи, мощная тетка, облаченная в черный траурный наряд, сообщила суду, что этот чудовищный молодой человек совратил Луи с истинного пути и намеренно свел в могилу, чтобы завладеть его состоянием.
Потом вызвали Анжи. Тот держался со спокойным достоинством и ровным голосом отвечал на вопросы так, как его научил Демон. Да, он жил с Луи несколько лет, потому что они любили друг друга. Да, он работал на него. Он узнал о болезни Луи и лично ухаживал за ним, следил, чтобы тот выполнял все предписания врачей.
В свою очередь Демон сказал, что свое завещание Луи составил будучи в здравом уме и твердой памяти, когда прогноз лечения был самый положительный, что было подкреплено документами и медицинскими справками.
Пошла вереница свидетелей с той и с другой стороны. Защитники прав Анжи в один голос твердили, что Луи очень ценил свой бизнес, и что он хотел, чтобы именно Анжи стал продолжателем его начинаний и готовил управлять его своей торговой сетью.
Свидетели со стороны сестры напирали на то, что Луи никогда не был геем и стал лишь жертвой алчного Анжи.
Нашлась женщина, соседка, которая подтвердила эту версию, сказав, что была любовницей Луи много лет, ходила к нему в гости и оставалась ночевать. Вопросы судьи, почему же они тогда не жили вместе и не поженились, а так же, почему она не ухаживала за Луи во время его болезни, поставили ее в тупик.
Вызвали свидетеля Яна Андерсона. Принц встрепенулся и вышел к трибуне. Он был великолепен в своем костюме жемчужного цвета в сочетании с белоснежной сорочкой.
- Как давно вы знали господина Луи? – задал вопрос судья.
- О, давно, ваша честь, – музыкально произнес Принц, – лет десять. Он был моим первым мужчиной.
- Первым, это в каком смысле? – нахмурил седые брови судья.
- В прямом, ваша честь, – Принц стыдливо потупил взор, – первым мужчиной, с которым у меня был секс и я испытал оргазм. Луи был великолепным, опытным любовником.
Демон понял, что все пропало. У него волосы зашевелились на голове от этого заявления. Принц с первых же секунд полностью отступил от текста и предался своим фантазиям. И сделать было ничего нельзя.
Родня Луи возмущенно загалдела, судья ударом молотка призвал их к порядку. Последовал новый вопрос:
- Как часто вы встречались?
- Почти каждый день, ваша честь, пока не появился вот он.
Принц указал в сторону Анжи. Демон закрыл глаза и стиснул зубы.
- Вы бывали дома у господина Луи?
- Много раз, ваша честь.
- Тогда почему господин Луи не завещал вам свое состояние?
- Господин Луи меня не любил. Наверно, я не достоин. Я не хотел работать в его магазине и брал деньги за свои визиты. Когда господин Луи полюбил Андрея, наша связь прекратилась.
- Скажите, какие отношения у господина Луи были с сестрой? Встречали ли вы ее в его доме?
- Нет, ваша честь. Эту даму я никогда раньше не видел. Но господин Луи не раз упоминал, что его родственники опять просили у него деньги, и он постоянно отправлял им чеки. Но, я знаю вот этого господина.
Принц указал рукой на старшего из племянников, который поглядывал на него с нескрываемым отвращением.
- Вот как? – заинтересовался судья, – вы повстречали его в доме господина Луи?
- Да, ваша честь. Я был в гостях у господина Луи. И приехал вот этот господин, его племянник. Он просил денег, большую сумму, и господин Луи выписал ему чек. Потом я занимался сексом в спальне с господином Луи. Позже, когда он уснул, и я уже собирался уходить, на меня налетел вот этот господин. Я вынужден был уступить, ваша честь. Он... изнасиловал меня, и даже не заплатил мне сто долларов, которые пообещал. Прошло много времени, но я не могу этого забыть, ваша честь. Я потом долго лечился...
Принц достал платок и прижал его к лицу. Демон был близок к инфаркту, а может, уже его и получил, потому что от ужаса не чувствовал своего тела.
После заявления Принца поднялся невероятный шум, родня Луи как взбесилась. Они скакали, орали, трясли кулаками в сторону Принца и Анжи, посыпая отборной бранью и самыми страшными проклятиями. Их адвокат орал, что все, что сказал Принц, это ложь, и вообще не имеет отношения к делу. Пьер хохотал и утирал слезы, он-то абсолютно точно знал, что Принц наврал про изнасилование. Судья бешено колотил молотком по столу, пытаясь угомонить разбушевавшийся зал. Наконец, общее волнение улеглось. Принц отнял платок от заплаканных глаз.
- Садитесь, господин Ян, – сухо сказал судья.
- Иди вон, лживый пидорас! – выкрикнул со своего места старший племянник.
Принц гордо, с чувством выполненного долга, прошествовал на свое место, кинув победоносный взгляд сначала на племянника, а потом на Демона.
Демон понял тактику Принца, который сделал то, в чем был непревзойденным виртуозом, а именно, спровоцировал семью Луи на безобразное поведение и скандал, а также на гомофобные высказывания. Рискованно, но вполне могло сработать. Принц не был дурачком, он лишь успешно косил под него, на самом деле, каждая его фраза обычно достигала разрушительной цели и приносила своеобразные плоды.
Начались прения сторон. Все семейство Луи, взбешенное выступлением Принца, раскраснелось от злобы, и, забыв о всяких приличиях, поносило “гамасеков”. Принц смотрел на них спокойно и нагло. Он знал, что факт изнасилования недоказуем, и опровергнуть они его тоже не смогут.
В последнем своем выступлении Анжи сказал, что считает, что воля господина Луи должна быть выполнена, что он, простой и скромный парень очень дорожит доверием своего покойного друга и готов сделать все, чтобы тот был спокоен на небесах. Анжи держался очень скромно, говорил тихо и культурно, чем произвел на суд самое приятное впечатление.