Мария Игоревна явно наслаждается тем, как бесится от происходящего Виктор Александрович. Они так часто пререкаются, и так подчёркнуто вежливо обращаются к друг другу по имени и отчеству, что я уже успел запомнить их имена.
— Мария Игоревна, я напишу докладную записку руководству, что задержка произошла по вашей вине. — пытается напугать лже-секретаршу Виктор Александрович.
— Пишите, Виктор Александрович. Вас же и накажут. — уверенно парирует Мария Игоревна, подписывая очередную расписку.
Когда все загружаются в автобус, и мы, наконец, отъезжаем от бизнес-центра, я успеваю заметить, как Мария Игоревна беспечно уходит, ни капли не заботясь о судьбе сваленных в кучу сумок. Заметить это успеваю не только я. В автобусе поднимается гул недовольных голосов.
— Спокойно! Охрана бизнес-центра организует доставку ваших вещей на склад! Всё будет в сохранности, компания отвечает материально! — успокаивает всех Виктор Александрович.
Даже в таком неадекватном состоянии как сейчас, я не верю его словам ни на секунду. Но пассажиров автобуса это почему-то успокаивает. Нет предела человеческой доверчивости, особенно когда людям самим во что-то хочется верить.
Наш автобус едет на удивление быстро, похоже водителя совсем не волнуют правила дорожного движения, по крайне мере та их часть, что про соблюдение скоростного режима. И судя по реакции полицейских на постах, у этой уверенности есть причина.
— Владислав, не спи, ты всё самое интересное пропустишь. — толкаю я начинающего натурально храпеть Владислава.
— Андрей, всё самое интересное сегодня я уже видел. А тебе надо искать магазин с хорошими скидками на коньяки. — отвечает Владислав даже не потрудившись открыть глаза.
Я его понимаю, мне тоже безумно хочется спать. Учитывая время, такие же чувства должны испытывать все окружающие, но это не так. Буквально все пассажиры автобуса, кроме меня и спящего Владислава, выглядят как неутомимые игрушечные зайчики из древней рекламы батареек.
На нашего ответственного за доставку в аэропорт, Виктора Александровича, так и вообще жалко смотреть. У него все вены на шее вздулись. Можно подумать, что он толкает автобус, а не едет в салоне вместе с остальными.
— Костя, можно как-то побыстрее? — докапывается он до водителя, и так выжимающего из автобуса максимально доступную скорость.
— Я постараюсь. — даже не пытается возражать водитель.
— Постарайся. — не удовлетворяется ответом Виктор Александрович.
— Уважаемый, вы как будто на тот свет торопитесь. — решаю я вмешаться в разговор.
— Можно и так сказать. — мрачно отвечает Виктор Александрович.
Возразить на такое заявление нечего, и я решаю не продолжать разговор, и последовать примеру сопящего на соседнем сидении Владислава. Спать в буквально летящем автобусе не получается, но я закрываю глаза и пытаюсь расслабиться.
— На том же автобусе, что и в прошлый раз! Просто шлагбаум поднимите, мне уже смс прислали, что они на взлётной полосе. Да. Спасибо. Борисычу передай, с меня причитается. — нисколько не заботясь о моём сне, орёт в трубку Виктор Александрович.
С трудом открываю глаза, и вижу как мы на всём ходу пролетаем КПП Аэропорта. Невероятный уровень содействия властей. Так быстро наверно только правительство перемещается. В какую же историю ты втравил нас, Владислав? Впрочем, и моя вина в этом есть.
— Приготовились! Сразу после остановки, выходим из автобуса, хватаем свои сумки, и бегом в самолёт. Вход со стороны хвоста, прямо по рампе. Не стесняемся, не задерживаем. — почти визжит Виктор Александрович.
Военнотранспортным бортом мне летать ещё не приходилось. И конечно, с моей стороны, это очередной глупый поступок, но мне хочется попробовать.
— Эй, пиджаки, просыпайтесь! В самолёте выспитесь. — кричит мне в лицо наш проштрафившийся ответственный.
— Я не сплю. — спокойно отвечаю я.
— Друга своего разбуди. — уже спокойнее поясняет Виктор Александрович.
Автобус резко останавливается прямо перед открытой рампой самолёта. Двери открываются, и я без объяснений изо всех сил тащу на выход вяло сопротивляющегося сонного Владислава.
Ночной воздух бодрит, и мы оба возвращаем себе бодрость и расторопность, но не адекватное понимание происходящего. Толкаться около багажных отделений автобуса нам не надо, так как всё своё у нас собой, поэтому мы оказываемся в самолёте первыми.
Владислав засыпает сразу же, как только садится на выбранное кресло и пристёгивается. А я успеваю в полной мере насладиться неразберихой при посадке в самолёт, созданной нашими попутчиками. Причиной всему снова оказываются препирательства по поводу багажа, но на этот раз со вторым пилотом.