Нет, колодец бесспорно нужен, и возможно, он даже важнее самой башни. Но вот по какой причине, я и мой товарищ по грядущему испытанию решили, что осада будет вестись по средневековым правилам? Если у барона Терса и не было ружья, или другого огнестрела, то где собственно гарантия, что и те, к кому он отправился за помощью, явятся по средневековой моде?
Честный ответ, в данном случае, меня совсем не радует. Если моя компания, в лице Аркадия Глебовича, выдала мне нормальное современное охотничье ружьё, то у нашего конкурента Даркрок точно так же, нет ни одной причины, не выдать огнестрел своим представителям.
Погрузившись в такие невесёлые мысли, я начинаю машинально копать что-то отдалённо напоминающие нечто среднее между могилой и стрелковой ячейкой на двоих. И делаю я это прямо по центру руин оставшихся от башни.
Это было бы ещё не так плохо, если бы я точно так же неосознанно не представлял, находящиеся в моём магическом хранилище, кристаллы. Делал я это, чтобы не отправить в него лопату, и как оказалось очень зря. При воспоминании об одном из магических кристаллов, на котором мне запомнилась одна из кривых, и как будто выдавленных, граней, между мной и ямой, которую я рою в золе, проскакивает молния.
На этом мои попытки вырыть окоп по моде второй мировой собственно и заканчиваются. Вся зола и всё угли в радиусе пары метров становятся твёрдыми как гранит. Лопата не оставляет на них даже царапин.
Наверняка в ближайшем будущем я найду достойное применение и этому магическому действию. Но сейчас, все раскопки нужно прекратить, и я отправляюсь пить чай и бездельничать. Надеюсь, Сергей всё же вернётся. И возможно, даже не один.
Глава 18. Тонкая коричневая линия
Кто из вас в состоянии не трогать новую игрушку, будь то новый телефон или как в моём случае новая магическая способность? Если такие найдутся, то я искренне вам завидую, потому что я никогда таким долготерпением не отличался. Нет, я конечно спокойно попил чаю, и даже собирался поесть, но не судьба.
Скажу одно, если у вас появится такая же возможность, превращать в камень всё подряд, не испытывайте её на собственном ужине. Мне даже не столько жалко кашу, сколько котелок, который теперь не получится использовать по прямому назначению. Ну это в том случае, если я не обнаружу среди двух десятков своих магических кристаллов такой, который размягчает всё, что было превращено в камень.
Ну и после превращённой в камень каши, грех было бы не испытать это чудо на всём, что попадёт под руку. Хотя справедливости ради, перед этим я превратил в камень почти всё пепелище, оставшееся от замка. Это я так оправдываюсь сам перед собой. Времени это действие заняло прилично, но я считаю, что сделал это не зря.
Дело в том, что при испытании магии на готовящемся ужине, заодно я потушил и костёр, на котором кипел котелок. Нет, не по-пионерски, а одновременно с созданием камня из каши. Как оказалось, превращённые в камень дрова и угли совсем не горят.
После такого открытия, я просто не мог не обезопасить от поджога место строительства будущего фортификационного сооружения. Я думаю, что узнав о свойствах получившегося из золы и углей чёрного монолитного камня, Сергей мои действия одобрит.
Не то чтобы мне было очень нужно такое одобрение. Но мне всё же хочется иметь разумные возражения на обвинения в том, что колодец в этом камне мы никогда выкопать не сможем. И защита от огня это отличный вариант, оправдывающий почти всё.
Спать я ложусь голодный, уставший и так и не дождавшись возвращения моего свеженазначенного кастеляна и крестьян, которых он должен был привести обратно. Сплю я скверно, и судя по тому, что представляет из себя моя импровизированная постель из сумок с вещами на утро, ночью без магии не обошлось. Надо было ложиться на землю. Спал бы так же плохо, но хоть не перепортил бы кучу всего полезного.
Утро было бы совсем паршивым, если бы не возвращение Сергея, подбадривающего уныло бредущих рядом с ним крестьян. Впрочем, для них это утро действительно совсем паршивое.
— Никак вас это не коснётся. Поможете в строительстве и можете бежать в свой любимый овраг. — говорит дошедший в зону действия моего магического кольца перевода Сергей, с таким выражением лица, как будто сам в это не верит.