— Да вот вообще не смешно. Сейчас он наорётся на герцога, и пойдёт вымещать свою злобу на нас. — осуждает Сергей моё отношение к разыгрывающейся в лагере осаждающих сцене.
— Лучше так, чем с холодной головой. Может ошибётся. — возражаю я.
Уж не знаю, наорался ли в волю этот мужик из Даркрок на герцога, или просто следует утверждённому графику, но наша очередь похоже пришла. Он уверенно шагает к башне, не обращая никакого внимания на вопящего ему вслед герцога.
— Ну и в чем ошибка? Застрелишь его? — язвит Сергей.
— Могу и застрелить. — отвечаю я, понимая, что стрелять я не буду.
Если я сейчас выстрелю, ни единого шанса у нас не останется. И дело тут не в том, что жизнь этого самоуверенного болвана так важна для его подчинённых. Нет. Просто если он умрёт, то в представлении его подчинённых, для всех них откроется возможность карьерного роста.
Что-то вроде того, что тот, кто первым выполнит то, что застреленному командиру не удалось, тот и докажет своё право занять освободившуюся должность. По крайне мере, все они будут так думать.
Хотя если честно, у них нет ни единого шанса на повышение, что с живым командиром, что с мёртвым. Занять командную должность они могут, только сменив компанию. Уж таковы реалии современного рынка труда в развитых странах, и ЧВК здесь не исключение.
Но все эти болваны в тактикульном обвесе точно не в курсе. Так что, сразу же ринутся нас убивать. А допустить этого я никак не могу. Вот и получается, что их командиру ничего не грозит. Поэтому дошёл он без единого выстрела и стоит перед моей башней из грязи с видом победителя. Даже начинать говорить первым не хочет.
— Я ведь могу не только в башку тебе выстрелить, пижон. Могу и ниже прицелиться. Будешь потом приказы фальцетом отдавать. — решаю я с самого начала объяснить главному болвану, что положение у него не такое уж выигрышное.
Для командира он как-то слишком долго соображает. Наверное не может поверить, что так глупо подставился. Жизнь в средневековье расхолаживает, начинаешь чувствовать себя неуязвимым. Есть конечно в этом мире стрелы, и даже арбалетные болты. Но попасть стрелой надо ещё суметь, а вот картечью не промахнёшься.
— Да, я тоже в такую тупость поверить не могу. — издеваюсь я над, пытающимся придумать хороший выход из сложившегося положения, пижоном.
— Не думай, что ваше положение сильно лучше. Про женевскую конвенцию в этом мире даже не слышали. Так что, умирать вы будете долго. Если конечно, мы не договоримся по-хорошему. — заявляет пижон, чуть приободрившись.
— Можно подумать, что вы про неё в нашем мире вспоминаете. И кстати, акцент у тебя чудовищный. Так что лучше говори на английском. Мы уж как-нибудь поймём. — решает поучаствовать в переговорах Сергей.
За эти дни я так привык к переводу с помощью магического кольца, что даже не понял, что с нами говорят на русском языке. И если бы не Сергей, то такая важная деталь просто ускользнула бы от меня.
— Не думаю, что ваш английский лучше моего русского. — с какой-то детской обидой отвечает пижон.
— Да мы уж поняли, что думать это не твоё. Так что давай начнём с простого. Как тебя зовут, и что ты делаешь на моей земле? — не заботясь о том, насколько дипломатично звучат мои слова, спрашиваю я.
— Это земля барона Терса. А барон Терс работает на нас. — мгновенно отвечает пижон, так и не потрудившись назвать своё имя.
— Значит имя мы должны придумать тебе сами. Ну хорошо, я буду звать тебя Дик. И не пытайся уверять меня теперь, что на самом деле тебя зовут Стив или как-нибудь ещё. Теперь ты просто Дик. — откровенно хамлю в ответ я.
Видимо магия перевода работает не совсем так, как я ожидал, и моя издёвка, до командира ЧВКашников просто не доходит. Ну или мой английский не так уж хорош для этого. В любом случае, вместо того чтобы обидеться или разозлиться, он погружается в ненужные объяснения того, что они правы по местным законам.
— Герцог Эрда проиграл битву, и поле боя осталось за герцогом Норлендом. А раз так, то этот замок принадлежал ему по праву победителя. И теперь, следовательно, замок принадлежит барону Терсу. — с видом выступающего в суде адвоката, говорит Дик, который может быть и вовсе Стив.
— Ты не прав. Герцог Эрда победил. Потом подарил замок мне. И потому замок мой. И как видишь, я нахожусь здесь. Контролирую законность. — возражаю я.