Забудьте про тот момент, когда я сказал, что на Дика больно смотреть. Вот сейчас на него по-настоящему больно смотреть. Все вены на его шее и лице полезли наружу, а цвет лица готов поспорить со спелым помидором в том, чтобы служить эталоном красного цвета.
— Ты сказала, что это во-первых. Будь уж так добра, продолжи. Чего наобещали тебе эти варвары? — спрашивает Дик тоном отвергнутого любовника.
Не удержится он, судя по тону, и всё же попытается зарезать нашу магиню. Уж что-то слишком личное я слышу в его тоне. Одним бизнесом здесь дело точно не ограничивается. Может звездно-полосатый патриотизм взыграл. Может просто нравиться она ему, а он ей не очень.
— Это тебе понравится ещё меньше, Дэн. Я даже говорить не буду, пока ты руки от острых предметов не уберёшь. — хищно улыбаясь, отвечает Аделия.
Вот вроде и намекает, что Дик её может зарезать сгоряча, но сама в это не верит. А я верю. Этот упырь точно попытается. И защищать запутавшуюся магиню некому. Кроме меня, некому. Обстановка настолько накалённая, что я даже меч из ножен начинаю вытаскивать, стараясь сделать это как можно тише.
— Говори. — хрипит Дик.
— Ну, как знаешь, Дэн. Сам просил. — тянет с ответом Аделия, прикладываясь к кубку с вином.
— Говори. — повторно хрипит Дик, которому судя по виду, впору ставить диагноз инфаркт.
— Представь себе, Дэн, и в вашем мире есть мужчины, не связанные узами брака. Более того, готовые жениться на простолюдинке, вроде меня. А не как некоторые из здесь присутствующих, рассказывающие, что честь рода не позволит, и потому мол для простолюдинки только роль любовницы подойдёт. — с видом триумфаторши объявляет Аделия.
Ну вот и оно. Дик-то оказывается конкурент Владислава в погоне за пышной юбкой Аделии. Притом неудачливый конкурент. Владислав оказался быстрее. Точнее сказать, после того, как он разбогател, его предложение рассмотрели всерьёз, и похоже приняли. Совет да любовь, конечно, но вот Дика, похоже придётся мне резать, пока он Владислава вдовцом не сделал.
— Я убью его. — объявляет Дик, и у меня как будто камень с плеч падает.
Новость конечно так себе, но лучше чем прямо сейчас выяснять, кто быстрее орудует острыми предметами. Я конечно оказался бы быстрее, хотя бы потому, что удар мечом из пустоты Дик не ждёт. Но что потом? А так можно отложить эту проблему на неопределённо далёкое будущее.
Пока Дик найдёт Владислава, пока вызовет его на поединок, ну или попытается убить изподтишка, можно много чего придумать. Да и вообще, это сейчас Дик такой бескомпромиссный, а потом может и остыть. Ну или Владислав успеет подготовится.
— Любопытно. Не вы ли, Дэн, говорили, что поединки чести в вашем мире запрещены? — встревает в разговор герцог Норленд.
— Так и есть, мой будущий муж граф Владислав подтвердил мне это, когда я спрашивала. Должна же я заботиться о своём муже. Вот я и спросила, как раз на случай ревности Дэна. Так что это просто слова. — фактически называет треплом Дика Аделия.
Приятно конечно, когда человека, который был твоей главной проблемой в последние дни, публично унижают. Но руку с эфеса меча я всё же не убираю. Ну так, на всякий случай.
— Я вызову его на поединок прямо здесь. И убью. И это твоя вина, Аделия. — шипит оскорблённый Дик.
— Моя вина!? Да ты с ума сошёл! И вообще, с чего это ты взял, что выиграешь? — искренне удивляется Аделия.
Надо будет сказать Владиславу при первой же встречи, чтобы поменьше трепался о своём могуществе. Здесь не компьютерная игра, здесь реальный мир, хоть и не наш. Навыки из игр ему здесь не помогут. Это Аделия не понимает, что такое компьютерные игры, для неё это что-то вроде магии. Но уж Владислав-то точно знает разницу.
— Стрелять-то он умеет? — хорохорится Дик, не зная о своём будущем противнике вообще ничего.
— Поединки в нашем мире проводятся без магии. Так что только мечи. Ну или копья. Как договоритесь. Только прошу, бейтесь при свидетелях. Так потом будет проще доказать, что всё было честно. И потом, я давно хочу увидеть, каковы вы, демоны из-за врат, в честном бою. — обламывает герцог уверенного в своей победе Дика, судя по всему желавшего устроить перестрелку в стиле дикого запада.
— А может нам ещё зубами друг друга загрызть вам на потеху!? — визжит Дик.
— Это не запрещено. Можно и зубами. — отвечает герцог, так же как и я наслаждающийся унижением Дика.
Хрипя как раненый кабан, Дик выбегает из шатра, и судя по звукам, начинает срывать злобу на попавших под горячую руку стражниках.