— Клац — сказал затвор, подавая в ствол новый боеприпас — клац. Виктору понадобилось два выстрела, чтобы успокоить дернувшуюся зверушку, ведь целиться в голову было кощунством. Он уже вошел в роль практичного охотника, который сначала считает возможную прибыль, а потом стреляет в то место, где самое дешевое сырье.
— Где второй? — озабоченно подумал наш герой, встав на колени и бросая взгляды вокруг — не может быть… должен быть второй… — и тут краем глаза заметил метнувшуюся к вездеходу тень.
Животное двигалось слишком быстро, рывками сокращая дистанцию, а затем, добравшись до машины, прыгнуло на Виктора — тот даже не успел отложить винтовку в сторону и потянуться за иглострелом, как более удобным оружием в ближнем бою. Смог только прикрыться снайперкой от летящей фигуры — все наблюдалось, как в замедленной съемке: это был обычный пятнистый лев, но, тем не менее, не становящийся от этого менее смертоносным. Удар, которым животное метило в голову, пришелся на винтовку: оружие дернулось в руках, больно выворачивая пальцы, и улетело с крыши вслед за хищником — тот прыгнул слишком сильно и перелетел. Где-то внизу раздался разочарованный рык, а Вик уже сжимал в руках иглострел, озираясь — тварь могла быть как справа, так и слева.
— Какой же ты быстрый, когда злой — успел подумать землянин, как зверь выскочил на крышу в двух метрах от него — теперь между ним и охотником лежал и ворочался Волш, а тварь, очевидно, раздумывала с кого начать, глухо рыча.
Глава 11
Парень как зачарованный смотрел на красавца хищника, попав разумом в какой-то ступор, но первое же движение зверя сорвало это состояние и он выжал спуск. Стрелял от бедра, не целясь — два метра, это пустяк — нажимал и нажимал, не переставая даже тогда, когда лев прыгнул на него, посчитав более опасной целью, которую надо убить первой.
— А-а-а-а — кричал Виктор, не переставая выпускать в летящую кошку жалящие иголки — затем сильный удар, рев, боль в голове и груди соединились в одно чувство и он потерял сознание.
…Волш на краю сознания слышал крики партнера и звуки работы иглострела, рев зверя, но заставить себя прийти в чувство не мог — выдержанный им ментальный удар на какое-то время превратил его в дергающийся на крыше кусок сознания вперемешку с безвольным телом. Он только бессильно скрипел зубами и пытался заставить себя действовать — прошла, казалось целая вечность, как охотник обрел контроль над телом и смог встать на колени — голова оставалась тяжелой, но все остальное было в норме, так как никаких болей он не чувствовал нигде. Опытному охотнику понадобилось не более минуты, чтобы оценить и понять ситуацию — его молодой напарник снова удивил — завалил дикую кошку,… а может и две — одна из них сейчас лежала на Викторе, почти полностью накрыв его тело. Опыт и сноровка сделали свое дело — несколько минут борьбы с мертвой тушкой хищника, и он смог вытянуть из-под нее своего напарника — зрелище было неприятным. Зверь в предсмертном броске достал-таки своего обидчика, распоров верхнюю часть груди — там сейчас виднелись ребра, а мясо болталось лоскутами на маленьких кусочках чего-то. Все было залито кровью — тут была и человеческая и звериная, вытекавшая из нескольких ран в голове и шее льва. Охотник это определил не только по состоянию хищника, но и по цвету — людская и звериная отличались по оттенку.
— Сердце не задето — понял охотник по вздымающейся груди парня, хотя вид раны был ужасен — черт, что я туплю — регенератор!
Волш буквально скатился вниз по лестнице, едва не сломав ногу, и бросился к шкафчику с медициной: выбор однозначно падал на устройство с названием «ПМР-12» — полевой медицинский регенератор, сложное и дорогое оборудование, за которое в поселке брали почти восемь тысяч бонов. Не у всех такое было, но напарники еще полгода назад купили себе такую приблуду, когда заканчивали работать по мясу. Устройство представляло собой корсет со сложной начинкой, основной задачей которого была локализация сложных поверхностных ран и ускорение их заживления. Обеззараживание, обезболивание, гель для глубоких ран, антишоковые препараты — все это было напихано в эту медицинскую штучку, которую Волш сейчас тащил с собой наверх, к своему раненому напарнику. Пришлось немного помучиться, снимая или срезая одежду с тела парня, потом расстелил корсет на крыше и стал укладывать Виктора на него спиной. Затем самое тяжелое и сложное — дрожащими руками стал укладывать оторванные куски мяса на ребра — получалось коряво, поэтому заставил себя успокоиться и повторить все еще раз — со второй попытки выглядело немного лучше, если можно было так выразиться в этом случае. Так как дальше базы по медицине предписывали просто застегнуть на пострадавшем корсет и активировать его, то так и сделал, попутно проверив устройство на комплектность препаратов в нем. Убедившись, что все картриджи заполнены на 100 %, нажал кнопку активации на груди человека. Регенератор издал несколько щелчков, потом внутри что-то зашипело, и из отверстий полезла пена красно-белого цвета — устройство что-то делало и это немного успокоило охотника.
— Будем надеяться, что я успел — размышлял Волш, наблюдая за напарником, который так и не приходил в себя — надо его как-то перенести в кровать, как бы это сделать понежнее…?
Некоторое время переводил взгляд с люка на парня и обратно — в принципе, можно было попробовать, хоть и проход был рассчитан на одного человека — следовало спускать напарника ногами вниз, привязав под мышки. Второй вариант — спустить на траву и открыть основной люк он не рассматривал всерьез, так как были сомнения в том, что сможет удержать веревку с грузом — от крыши до земли было три метра с небольшим… можно и не удержать, да. Опускать ценный груз решил хорошо подготовившись: на руки одел перчатки, чтобы снизить трение веревки о кожу ладоней, внизу под лестницей уложил все мягкие вещи, что нашел в вездеходе, да и нижние ступеньки обложил тряпьем — чтобы случайно не стукнуть напарника головой об металл. Процесс почти начался, когда вспомнил, что у него есть подъемник и лебедка с крюком — обозвав себя идиотом, бросился выполнять задуманное. Подцепил Виктора под мышки и поднял стрелу — управлять подъемником можно было как из кабины, ориентируясь на показание камеры, так и непосредственно рычагами возле ее основания.
Вся операция разделилась на три этапа: подъем бессознательного тела вверх и разворот стрелы таким образом, что напарник повис над травой возле главного входа. Потом открыл главный люк и опустил парня аккуратно на пандус — получилось не сразу, так как тело медленно крутилось, пытаясь при спуске все время перевернуться на живот, а требовалось на спину. Ну и третий этап — развязывание самодельных строп и транспортировка тела на кровать — теперь нижнюю полку снова занимал его младший партнер. Поняв, что больше ничего он тут сделать не может, закрыл центральный вход и полез на крышу — там лежала тушка льва, которую требовалось использовать и сбросить вниз — свежее мясо могло привлечь сюда новых голодных обитателей саванны. Смог вытянуть только печень и мозг — сердце оказалось серьезно повреждено иголками — иглострел был заряжен разрывными боеприпасами.
Останки тушки сгрузил на траву так же как и партнера, при помощи стрелы, а потом еще час занимался тем, что снимал шкуру, затем просто отъехал от места, где было много крови на земле и траве. Частями одежды Виктора, которую срезал с него, когда одевал на него «ПМР-12», протер крышу и выбросил подальше в траву. Тратить воду не стал, а просто перегнал вездеход снова к тому большому озеру, где они завалили двух водных змеев — вот там и помыл машину, избавляясь от провокационного запаха крови на ней. Искать второго убитого льва не стал — чувствовал себя немного опустошенно после последней встречи со зверьми — мало ли там кто еще прячется в засаде. Добычу было откровенно жаль, но здравый смысл говорил ему, что лучше не испытывать сейчас судьбу — они выжили чудом.
Виктор пришел в себя ночью, голова немного шумела, но больше всего беспокоила грудь — он вспомнил, как на него навалилась дикая кошка, пока он безуспешно пытался ее остановить, а боль в башке отнес на неудачное падение на металлическую крышу машины. Осмотрелся — лежал на нижней полке, а сверху раздавался легкий храп напарника — отлично, они оба живы и сейчас в своем мобильном «логове». На грудь бросил взгляд мельком — боялся увидеть там что-то страшное,… подвигал руками и ногами — кое-где несильно болело, что тоже отнес на неудачное падение под весом хищника. В салоне было темно — значит за бортом ночь, понятно — Волш выключил освещение, уложив его сюда, а потом и сам, скорее всего, вырубился.