Стас обернулся – Сени даже не увидел, зато три бойца появились довольно быстро. Короткие волосы у всех темно-русые, и, почему один из них рыжий, непонятно.
– Так, парни, сюда смотрите. Вон тот дом, второй этаж. Аккуратно только входите, мало ли. Проверить, кто там есть, и посмотреть насчет следов, кто там быть мог. Старший Сергеев. Колхоз, задача ясна?
Сергеев по кличке Колхоз, на которого посмотрел Савичев, кивнул, но немного неуверенно. Лейтенант посмотрел на бойцов, скривился и тихо выругался.
– Так, отставить, старший я, за мной, – скомандовал он и двинулся к выходу.
Стас тоже пошел следом – интересно. Протоптанных тропинок к соседнему зданию не было, приходилось высоко поднимать ноги, преодолевая сугробы. Идти было тяжело – под трескающимся настом снег сыпучий, ноги вязли. Но сотню метров до нужного дома группа преодолела довольно резво, лишь один из бойцов немного отстал. Ввалились в единственный подъезд здания, переводя дыхание.
– Рыжий, стоять здесь и не отсвечивать. Всех пускать, никого не выпускать, – проинструктировал отставшего лейтенант, когда запыхавшийся боец появился на крыльце. – Оружие наготове держите, – сам Савичев уже держал свой пистолет в руках. Достал, пока шли. – Стас, со мной, а с вас первый этаж, – повернулся он к оставшимся двум бойцам, – все проверить, по возможности без шума. Как закончите, Кириллов к нам наверх, – произнес лейтенант и, увидев кивки, двинулся к лестнице.
Двое бойцов – Колхоз и Кириллов, двинулись вперед по длинному коридору, поочередно открывая двери. Фонарь у них был, один на двоих. У Стаса тоже был, небольшой диодный, он его достал вместе со своим травматом. В одной руке пистолет держал, во второй на отлете фонарик. Стас включил его, но светил пока совсем по чуть-чуть, прикрывая диоды пальцами, которые казались от этого красными.
Перепрыгивая через ступеньки, лейтенант со Стасом мягко забежали наверх. Оказались в начале длинного коридора, в котором дверей по пять было с каждой стороны. Некоторые были раскрыты настежь. Чуть подвывал сквозняк.
– Стас, дай фонарь, – услышал он шепот и отдал фонарь Савичеву. – Давай, с начала пошли, – показал глазами тот, – двери открывай, тише старайся, но быстро и отходи сразу, ясно?
– Понял.
Лейтенант притормозил и слегка кивнул в сторону пээма в руке Стаса.
– Травмат, – ответил он.
– Хм, – хмыкнул Савичев и покачал головой, – ну лучше чем ничего.
В первых двух комнатах не было ни мебели, ни окон, лишь голые дощатые полы. И свет фонарика в руке лейтенанта придавал всему синеватый оттенок, гуляя по стенам, оставляя вне зоны освещения пугающие тени.
Парни тихо передвигались по коридору приставными шагами, шурша мелким мусором под подошвами. Изредка под ногами что-то хрустело, и это было громче их дыхания и стука сердца. Звуки от резкого открытия дверей били по натянутым нервам, заставляя морщиться. Двигались быстро, но секунды тянулись так долго, что Стасу хотелось поторопить время. Он часто крутил головой, чувство чужого взгляда навалилось на него. Казалось, что сейчас вот-вот увидит… что увидит?
В третьей комнате что-то было. Когда Стас дернул дверь, заметил смутное движение, но ушел влево, прислонившись спиной к стене. Лейтенант сначала было дернулся, потом осветил всю комнату и двинулся дальше. Стас пошел за ним, быстро глянул – в комнате было разбросано много газет – лежка бомжовская. Оконная рама здесь была без стекол. Створки были открыты, и от сквозняка некоторые газеты шелестели, создавая иллюзию шевелящегося покрывала.
Шли слаженно. Стас видел, как лейтенант шагает в сторону, еще шаг – и он прислонится к стене справа от двери. В ожидании следующего шага Стас напрягся, намереваясь дернуть за ручку и уйти влево. Но последний шаг лейтенант не сделал, и Стас по инерции врезался в него, притом чувствительно – носом в спину, двигался ведь резко. Он выругался беззвучно, а потом глянул вперед и застыл. Но буквально через мгновение Стас почувствовал легкость – ожидание встречи держало его в напряжении, а сейчас все. Встретились. В начале коридора у окна стоял человек. Лейтенант посветил на него, и тот резко вскинул руки к лицу, наклонив голову. Но больше не двигался. Стас встал боком и каждые три четыре секунды оглядывался назад, но свой пистолет держал направленным на незнакомца.
– Руки подними, – это Савичев произнес.
Незнакомец даже не шелохнулся.
– Руки поднял! – рявкнул лейтенант так, что Стас чуть сам пистолет не бросил.
А незнакомцу было все равно на командирский рык. Его поза была неподвижной, но одновременно… плавной. Пугающей. Савичев направил фонарь ему под ноги, и незнакомец отнял руки от лица. Луч фонаря сразу же вернулся обратно.