Только вот что это за место и где оно находится?
Аристотель берет на руки Чемберлена, и тот снова шипит.
— Пробежим к ангару, тут недалеко. Не отставайте! — говорит наш водитель, открывает дверцу и мчится в темноту.
Я спешу за ним, радуясь бьющим в лицо холодным струям. Кай следует за нами, и я ощущаю его колебания и нерешительность.
До открытой двери рукой подать, несколько метров, но я уже промокла. Ветер швыряет дверь на металлическую стену, подхватывает и с грохотом швыряет снова, пока кто-то не придерживает ее. Алекс, Фрейя и еще несколько человек уже здесь, остальные подходят.
— Плохая новость — погода, — говорит Алекс. — Мы не можем взлететь, пока не уляжется ветер. С другой стороны, они тоже не смогут ударить по нам с воздуха. — Он находит взглядом Кая, потом меня. — А вот теперь можно и поговорить — время есть.
Стулья вдоль стены, стол — что-то наподобие офиса с открытой планировкой. Мы все, включая Фрейю, Елену и Беатрис, садимся вместе, одной группой. Я чувствую, что начинаю паниковать, а Алекс просит принести чай и сэндвичи.
Нет, так не делается. Мне нужно предварительно поговорить наедине с Каем. Пытаюсь окликнуть его мысленно, но он упрямится и не отвечает.
— Кай, — негромко говорю я. — Нам необходимо кое о чем поговорить. Я не все еще тебе сказала. Извини.
— Ну же, садитесь, — обращается к нам Алекс. — Обсудим кое-что.
31
КАЙ
Фрейя и еще двое выживших — Елена и Беатрис — садятся.
— Я лучше постою, — говорю я.
— Как хочешь.
Шэй стоит рядом со мной; кот у нее под ногами. По ее словам, она не все мне сказала. Не успела. Интересно, что это может быть?
— Алекс — или мне называть тебя Ксандером? — кто эти люди, что приехали с тобой?
— Мы члены группы, которая называется «Мультиверсум». Я руководитель группы.
«Мультиверсум»? Бросаю взгляд на Шэй и вижу, что для нее это название имеет смысл.
— Это ведь какая-то коммуна, да? — спрашивает она. — С филиалами по всему свету? Что-то там насчет поклонения истине.
В его глазах удивление.
— Очень хорошо и в основном верно — за исключением части о поклонении истине. На самом деле мы занимаемся поиском истинного знания.
— Это вы делали на Шетлендах, искали истинное знание?
На Шетлендах? Они были на Шетлендах?
— Об этом мне рассказала девушка, которую мы знали как Келли — хотя на самом деле она ею не была, так ведь, Алекс? И за всем этим стоял ты. Ты Первый доктор. Ты создал антиматерию в подземной лаборатории на Шетлендах, и оттуда распространилась эпидемия.
Остальные переглядываются, они шокированы. Она действительно назвала Алекса Первым? Да, я всегда презирал его, но принять вот такое нелегко — неужели он ответственен за все обрушившееся на страну горе и сотни, даже тысячи смертей? Отец моей сестры, человек, с которым мы жили под одной крышей, который многие годы был женат на моей матери?
И до меня вдруг доходит, что он ничего не отрицает.
Я не сомневался, что он имеет какое-то отношение к исчезновению Келли, и вот теперь, когда решил дать ему шанс, поверить, такая новость?
В следующий момент я уже лечу к Алексу, движимый одним желанием: отомстить ему за все, что он сделал Келли. И словно они только и ждали этого, из группы «Мультиверсума» на меня бросаются трое.
Алекс качает головой.
— Кай, ты всегда был склонен принимать поспешные решения, не зная всех фактов.
— Фактов? — подает голос Шэй. — А как вам такие факты: вы проводили эксперименты над людьми, убивали их, вы вызвали эпидемию, которая уже убила миллионы и убьет еще больше.
— Мы не знали, что так случится, и глубоко об этом сожалеем, — отвечает Алекс. Но разве сожаления значат что-то на фоне таких последствий?
— Вы работали совместно с ПОНом? Создавали новое оружие? — спрашивает Шэй.
— У нас были свои цели, но… да, они думали, что мы делаем что-то для них. Сейчас они пытаются скрыть свою роль в том, что случилось, закопав нас всех.
— И в чем же заключались эти ваши цели?
— Мы пытались лечить рак, болезнь, также убивающую миллионы. У всех испытуемых, принимающих участие в шетлендских экспериментах, была последняя стадия рака, и пройти курс они согласились добровольно. Самое главное, у нас получилось. Мы были близки к успеху, когда произошла авария.
— Келли была всего лишь ребенком! — говорю я. — Твоей дочерью. И у нее не было рака. Как ты мог? — Я пытаюсь вырваться, но их трое, и мне с ними не справиться.
— Та девчонка-призрак, о которой ты говоришь, не была твоей сестрой. Разве Шэй тебе не объяснила? Она болела раком, и ее семья дала согласие на участие дочери в эксперименте. С ней мы добились успеха — она выжила после курса инъекции антиматерии, и раковых клеток в ней не осталось.