R2-D3 повернул корпус и мигнул фоторецептором, выдав протяжное, хриплое «бу-у-у», в котором, по-видимому, содержалось все то, что он думает о нечеловке. Ну хоть с кулаками не бросается, в отличие от агрессивных людей. Хотя бодрящий разряд электрошока — тоже сомнительное удовольствие.
— Помощь, — Трасс медленно выговорил слово из нового для него языка, дополнив его жестами, — тебе, — он тыкнул указательным пальцем на дроида, а затем на себя, — от меня, — и указал на кресло.
Буркнув что-то, R2 отрицательно покачал «головой», или как это у них называется? Из-под корпуса высунулся еще один манипулятор и подобрал гидроспаннер.
— Учиться, — сказал Трасс и медленно протянул руку, чтобы взять инструмент. — Я хотеть учиться.
В тишине было слышно, как заскрипел электронный мозг R2-D3. Он оглянулся сначала на Лорану, пребывающую в медитации, а затем подозрительно впился фоторецептором в Трасса. Тот плавно сделал шаг вперед, а дроид попятился назад, но, издав протяжное «у-у-у», поднял манипулятор вверх.
Через несколько минут чисс с легкостью освоил гидроспаннер. R2-D3 оказался хорошим учителем, не хуже малыша Джорада. Его манипулятор, при всей своей неказистой конструкции прекрасно осуществлял мелкую моторику, показывая как менять насадки и следить за показателями на контрольном миникомпьютере. С фузионным резаком тоже удалось легко совладать. С помощью него Трасс аккуратно отрезал поврежденные болты у ножек кресла.
На мостике валялось еще несколько сломанных кресел, и Трасс с почти профессиональной сноровкой открутил от них неповрежденные ножки. За полчаса работы под строгим надзором фоторецептора R2 ему удалось собрать целых два кресла, на которых теперь можно было гордо восседать и любоваться на царивший в рубке хаос. Или удобно расположиться и работать с уцелевшими устройствами в относительном комфорте, а не сидеть на грязном полу.
В движениях манипулятора и непонятной бинарной болтовне дроида чувствовалась снисходительность. Трасс и подумать не мог, что искусственно созданные железяки способны на эмоции, которые, как оказалось, понимать было проще, чем у людей. А R2-D3 пока что явно не испытывал доверия к чиссу, хвостиком следуя за ним по всей рубке. Не удалось понять лишь одну эмоцию: в какой-то момент дроид встал перед ним и начал «топтаться» на месте, быстро-быстро поднимая и опуская моторные опоры. Что это? Нетерпение, злость, желание сообщить что-то важное? Голова с фоторецептором повернулась в сторону джедайки. Значит, все-таки тревога.
Лорана, тем временем, все еще находилась в медитации. Ее грудь плавно вздымалась и опускалась, а глазные яблоки медленно шевелились под веками. Трасс предположил, что сквозь мистическую Силу она, возможно, каким-то образом сканирует состояние корабля, манипулирует его деталями, а может, уже восстанавливает систему дальней связи
R2-D3 возмущенно пиликнул что-то, сверкнул фоторецептором и, оглянувшись на Трасса, поспешил к электронному терминалу. Руки Лораны сжались в кулаки, а на лбу выступили капли пота. Дыхание стало прерывистым, словно она находилась во сне и видела кошмар. Трасс склонился над ней, не понимая, что происходит, и каким образом ей помочь. Медитация явно выходила из-под контроля. Что-то незримое, там далеко, за пределами реального мира, причиняло ей боль. Чувство тревоги нарастало, витая в наэлектризованном воздухе, будто перед сильной грозой. Подъехав к стене, R2 продолжил «топтаться» на месте, будто не желая исполнять неведомый, неозвученный приказ.
— М-м-м! — девушка застонала и завертела головой, а дроид, ведомый, по-видимому, мистической Силой, подключился к терминалу. В бинарном бибиканьи послышался явный протест.
— Лорана, — тихо позвал Трасс и прикоснулся к ее плечу, желая вывести девушку из медитативного состояния.
Яркая вспышка резанула глаза. Голову буквально расколола дикая боль. Мысли, словно осколки битого стекла, разлетелись в стороны. Трасс упал, судорожно ловя ртом воздух, и зажал уши. Чей-то визг буквально разорвал барабанные перепонки. Казалось, еще чуть-чуть, и черепная коробка расколется.
Несколько мгновений невыносимой боли, и все исчезло. Белая пелена спала с глаз, а мягкая тьма, словно покрывало, накрыла взор. Электричество отключилось. В воздухе витал запах горелой проводки. Заставив себя сесть и оглядев помещение, Трасс увидел R2-D3, отброшенного к противоположной от терминала стене. Из самого же терминала вилась вверх струйка дыма.
Ало-оранжевая аура Лораны мерцала совсем рядом. Ее тело распласталось на полу. Чисс вскочил и, пошатываясь, подошел к ней. Под горячей кожей запястья бился пульс, в дыхании слышались хрипы. Положив голову девушки себе на колени, Трасс аккуратно хлопнул ее по щекам, пытаясь привести в себя. К его облегчению, Лорана почти сразу громко вздохнула и открыла глаза.
— Где я? И почему так темно? — пролепетала она и, сфокусировав взгляд, увидела светящиеся глаза чисса. — Ох, Трасс…
Испуг ее длился лишь мгновение, но Трасс понял — Лорана, даже будучи джедаем, как и Джорад, не видела в полной темноте. Или ей просто не хватало сил на это.
— Вы медитировали. Вам стало плохо, а затем что-то произошло, — Трасс нахмурился, пытаясь вспомнить слово на сай бисти. — Что-то вроде замыкания. Свет отключился… И дроид… — он оглянулся на безжизненный корпус R2-D3 и замолчал, чувствуя, что словарного запаса не хватает для описания ситуации.
— Вы ведь видите в темноте, — догадалась Лорана, в то время как Трасс помог ей подняться и усадил на только что починенное кресло. — Здесь где-то валялись инструменты Диллана. Сможете помочь восстановить электричество?
— Что я должен делать? — спросил Трасс, внутри себя радуясь тому, что R2 уже ввел его в краткий экскурс обращения с человеческими предметами.
***
— Поставь его вот сюда, — скомандовал Диллан, и дроид-астромех R4, только что вернувшийся с «Д1», деловито пиликнул. На его корпусе виднелись вмятины, а верхняя часть была покрыта пылью и грязью. Какие же препятствия пришлось ему преодолеть, чтобы проникнуть в рубку «Д1»? По словам Кили и Таркозы, ЦСУ буквально сжало всмятку во время столкновения с планетоидом. Чтобы вызволить джедайку и чисса им пришлось лезть через вентиляционную шахту, но еще сложнее было вытащить оттуда тела. А уж найти бортовой самописец «Сверхдальнего перелета» — буквально иголку в стоге сена — для R4 — настоящий подвиг и во многом везение.
Дроид заехал в кубрик и аккуратно поставил предмет на краешек стола — небольшую сферу, корпус которой был сделан из прочного сплава дуниума и дюрастали.
— Возможно, теперь у нас действительно появилась надежда, — обрадовался техник, на что получил сердитую бинарную трель в ответ. — Эй, ты чего дерзишь? Что значит, ее не будет, пока я не наведу порядок?
Прессор сделал шаг назад и споткнулся об один из ящиков. Грохот падающего содержимого, наверное, был слышен на окраинах Республики. Теперь к куче деталей, мусора и пустых контейнеров от еды, присоединились тяжелые энергоблоки для свупов, живописно дополнив общий беспорядок. Кубрик Прессора напоминал нечто среднее между мусорным отсеком, заброшенным складом и типичным тойдарианским магазином на Татуине. Для живописности здесь не хватало выводка минокков и пары джав, копающихся в мусоре в поисках драгметалла.
Везде валялись детали от дроидов, инструменты, мотки проводов, запасные генераторы. «Стол» представлял собой капот от свупа с погнутыми корпусами дроидов-астромехов, ставших «ножками». Вместо кресла использовалась верхняя часть поломанного гимнастического фатира*, который Прессор с чистой совестью и парой уцелевших мягких матов забрал из спортивного зала. Последние он постелил на пол под ноги вместо пуфиков.