— Да, но как же Геринг, Геббельс? — спросил Борман, потирая затылок. — Да, Гиммлера с его СС и полицией нельзя сбрасывать со счетов.
— Вам все равно придется оставаться с фюрером до конца, — пояснил Краузе. — Вот тогда по ходу дела и станет ясно… Ну, не мне же вас учить! Вам надо максимально сократить контакты фюрера с посторонними, поместившего в такое место, где вы сможете эффективно контролировать его контакты и полностью исключить несанкционированный доступ. Впрочем, тогда фюрер не сможет руководить войсками… Но я полагаю, что это уже не принципиально.
— Оберзальцберг? — предложил Борман.
— Неплохо! — одобрил Краузе. — Там вполне будет достаточно для охраны фюрера людей Раттенхубера, никто не прорвется… Вот только… как мы переместим туда фюрера, под каким предлогом?
— Фюрер заразился идеей «Альпийского редута», последнего рубежа обороны, — задумчиво проговорил Борман. — Район Зальцкаммергут, в Австрии. Это недалеко от Оберзальцберга. Разумеется, никакой неприступной крепости там не будет. Но там рядом есть секретный аэродром для нашего сверхсекретного самолета «Дегена», объект «Гарц-2». Сейчас он законсервирован, но его легко можно активировать, и мы сможем вывести фюрера на «Дегене». Годится в качестве приманки?
— Вполне! Принимается! — одобрил Краузе. — Объект надо заранее подготовить, затем переправить фюрера в Оберзальцберг, а уж там — на «Гарц-2». Только какой будет предлог для активации «Гарца-2», если вдруг об этом прознает Гиммлер?
— Да, он может разнюхать об этом, засранец! — с досадой согласился Борман.
— Ну… хотя бы эвакуация создателя «Дегена», профессора Борга! — предложил Краузе. — Организуем эвакуацию его КБ через Богемию, все будет выглядеть вполне пристойно. Документацию на самолет переведем в микрофильмы и вывезем Борга и еще двух-трех наиболее ценных сотрудников на том же самолете. Все вполне естественно, никто ничего не заподозрит. Просто в критический момент вы предложите фюреру улететь тем же самолетом, что и Борг. Так что до последнего момента никто ничего не будет подозревать.
— Точно! — согласился Борман. Он вскочил и взволнованно заходил по комнате.
— Мы эвакуируем фюрера в надежное место в Аргентине! Мы соберем под ружье миллион немцев из Северной и Южной Америк! А жалкие неудачники Геринг, Гиммлер, Геббельс и иже с ними, — пусть гибнут здесь, под гусеницами американских и русских танков. А когда здесь все будет кончено, то русские и англо-американцы перегрызутся между собой здесь, в Германии, а непобежденный Рейх начнет свое возрождение из-за океана!
Краузе с еле заметной улыбкой наблюдал за внезапным приступом энтузиазма, охватившим обычно спокойного Бормана.
— Главное: создать впечатление, что фюрер намерен оборонять Берлин, — напомнил он Борману. — А когда русские и англо-американцы стянут все войска к Берлину, мы спокойно эвакуируем фюрера в Оберзальцберг, оттуда — в «Гарц-2», а затем — за океан. Только… где вы поселите фюрера? В Цоссене?
— Нет, это штабной бункер вермахта, — ответил Борман. — Еще не хватало, чтобы генералы опять все испортили! Пусть остается в бункере под рейхсканцелярией.
— Ну что же, — подытожил Краузе. — Раз вы все одобрили, то… начинаем!
Вот так и началось движение Борга и его людей к маленькому чешскому городку, вызвавшее в итоге массовый военный туризм в живописные горы Шумавы.
Глава 13
Оставался примерно час до объявленного Грегом прибытия американского самолета, когда Остапчук снова привел Грега к Рогову. Рогов был мрачен, от его иронии не осталось и следа.
— Вы связались со своим начальством? — сразу атаковал его вопросом Грег.
— Давайте сделаем так, — в ответ предложил Рогов. — Откровенность за откровенность. Вы выкладываете мне все как есть, а я, в свою очередь, раскрываю свои карты. И тогда мы вместе решаем, что делать. Идет?
— Наконец-то! — с удовлетворением воскликнул Грег. — Наконец вы убедились, что я действительно офицер американской разведки!
— С чего вы взяли? — поморщился Рогов. — Я по-прежнему не верю ни единому вашему слову, но обстоятельства так сложились, что для меня это уже не так и важно.
Сбитый с толку Грег внимательно посмотрел на Рогова и удивленно спросил:
— Как это понимать?
— Вы принимаете условия игры? — вместо ответа осведомился Рогов. — Если да, то скажите мне, как вы объясните такую странность… Вас высаживают в тылу у немцев для выполнения задания. Но в ваших вещах я не нашел рации и продовольствия. Да и боеприпасов смехотворно мало. Но главное — рация. Как вы без рации собираетесь поддерживать связь с Центром? Через местного резидента? А если он арестован гестапо, — что тогда?