Во время этого марша в бригаде произошел один печальный случай. Бойцы 1-го батальона, вступив в опустевшее село, не ужиная, расположились на ночлег в рощах. Однако голод не давал бойцам уснуть. Их мысли настойчиво возвращались к ульям, что находились недалеко от них. Ночью несколько бойцов тайком утащили к ручью один из тринадцати ульев. Горящими газетами выкурили пчел, извлекли мед и разделили между собой. Утром в селе появилась старуха в шароварах. Она жалобно причитала, рассказывая о случившемся. Политотдел бригады назначил комиссию по расследованию. Комиссия произвела обыск и обвинила в грабеже одного бойца, члена партии с довоенным стажем, воевавшего в составе бригады от самого Рудо. Трудно сказать, почему заподозрили именно его. Может, потому, что он раньше совершил какой-то проступок и в наказание был переведен из штабного подразделения в ротные пулеметчики… Бойца приговорили к расстрелу.
Последнего слова ему не дали: мол, никакие отговорки не могут оправдать его. Бойца вывели перед строем. За его спиной был густой лес, и боец при желании мог бы сбежать. Многие из того отделения, которому было приказано исполнить приговор, позже признавались, что в душе очень хотели, чтобы тот боец сбежал. А они бы выстрелили куда-нибудь в сторону, и все было бы в порядке. Однако боец точно так же, как и тот юноша под Коницем, снял свою шинель, отдал ее товарищам и спокойно дождался залпа…
В ночь на 6 августа на Петровом поле вблизи Травника горели костры. Здесь состоялось партийное совещание руководящего состава нашей дивизии. На совещании присутствовал товарищ Тито. Он ознакомил работников штаба с военно-политической обстановкой, сложившейся к тому времени, и сообщил им радостное известие о новом наступлении Красной Армии. Западные союзники освободили Катанию. В Италии прошли массовые демонстрации, во время которых на улицах городов развевались красные флаги. Изменилось поведение итальянских частей в Далмации и Черногории. Все говорило о скорой капитуляции Италии. Исходя из этого, товарищ Тито определил направление дальнейшего движения нашей 1-й дивизии к адриатическому побережью. Однако Иосип Броз Тито предупредил штабы: не обольщаться надеждами на быстрое окончание войны, так как хотя фашизм и потрясен до самого основания, но он все еще располагает значительными силами. Тито призвал больше внимания уделять разведке, тщательнее готовить каждый бой и беречь личный состав.
Преодолев длинный путь от Травника и Яйце к побережью, наша бригада вместе со всей 1-й дивизией вскоре увидела море и остановилась в нескольких километрах от Сплита — крупнейшего города Югославии, который в то время освободили наши войска. Бригада пришла в Далмацию в сентябре. Жители городов и сел этого благодатного края радостно встречали 1-ю пролетарскую. В бригаде было немало далматинцев. Жители несли вино и виноград (хлеба здесь не было). Слышались приветствия, веселый смех. Были слезы, так как с приходом частей НОАЮ в Далмацию пришли и горестные вести о гибели многих ее сынов и дочерей во время четвертого и пятого наступлений врага. Многие «северяне» из бригады впервые увидели море. И хотя стояли уже прохладные осенние вечера, бойцы не удержались от соблазна выкупаться в соленой «Панонии» — так они называли Адриатическое море.
Наши батальоны получили тогда значительное пополнение, прибывшее из Сплита и окрестных населенных пунктов, через которые проходили войска НОАЮ. К нам перешло и много итальянцев. Они были полны решимости вместе с нами сражаться против фашизма. 13 сентября 1943 года в Сплите был сформирован новый, 5-й батальон нашей бригады — батальон имени Гарибальди. В 3-й крайнской бригаде также появился новый батальон имени Матеоти.
С самого начала в составе нашей бригады кроме югославов сражались русские, грузины, венгры, албанцы, итальянцы, немцы, чехи, поляки, словаки, австрийцы и французы. Позже в бригаде появилось еще больше представителей различных народов. Теперь же впервые за всю войну в нашу бригаду влилось целое вооруженное формирование, состоявшее исключительно из иностранцев.
Наши бойцы хорошо помнят первого командира 5-го батальона капитана Елио Франческо, его преемника Иларе Манджиларди и заместителя комиссара батальона Лосасо Джузеппе. В бригаде были хорошо известны имена бесстрашных товарищей Джузеппе: Мараса, Деметрия Анджони, Марио Гунцанатти, Таяна, Тукса и Манасера.
Стремясь помешать нам переправить захваченные трофеи из Сплита, а также предотвратить разоружение и переход на сторону НОАЮ итальянских гарнизонов, находившихся на адриатическом побережье, в Далмацию со всех сторон спешили многочисленные гитлеровские и усташские моторизованные войска. Жители населенных пунктов Блато и Ловреч сообщили нам о движении мощной вражеской колонны в направлении Имотски — Синь. Над старой крепостью, возвышавшейся в местечке Клис, постоянно кружили немецкие самолеты, сбрасывая своей окруженной группировке контейнеры с продуктами, водой и боеприпасами. Немало парашютов ветром относило на позиции партизан. Начались круглосуточные ожесточенные бои с фашистскими войсками, которые спешили во что бы то ни стало, как это и предсказывал Тито на Петровом поле, раньше нас захватить итальянское оружие и итальянские прибрежные гарнизоны.