А в это время недалеко от Баницы командир 4-го гвардейского механизированного корпуса генерал-лейтенант В. И. Жданов и югославский командующий войсками 1-й армейской группы Пеко Дапчевич, окруженные югославскими и советскими офицерами и солдатами, разрабатывали план совместных действий по освобождению Белграда. Основное решение было принято раньше, а теперь обсуждались отдельные детали, в частности время начала штурма. Предлагалось два варианта: первый — начать наступление сегодня в 16 часов, а второй — рано утром следующего дня. И нашим бойцам, и красноармейцам хотелось, чтобы все началось как можно скорее.
Из города к Банице советские солдаты уже вели много немецких военнопленных. Один советский офицер остановил перед нашей саперной ротой группу, в которой было больше ста гитлеровцев, и предложил нам принять ее. Нам не терпелось скорее попасть в Белград, да и что бы мы с ними делали: наш обоз отстал, мы сами питались впроголодь, а тут еще такая большая группа военнопленных. Советский офицер, видимо, не все понял из наших объяснений и, расстроившись, продолжал свой путь к Авале. Из города, поднимая пыль, мчались за боеприпасами грузовики. Советские войска шли вперед, а ветки и цветы, вдетые в дула винтовок, покачивались в такт их шагам.
БИТВА ЗА БЕЛГРАД
На подступах к городу уже гремел бой. Высоко в небе разыгрывались воздушные дуэли. Стремясь сохранить город от разрушений, советское командование не применяло свои бомбардировщики, больше того, оно привлекло сюда огромные силы истребительной авиации, чтобы не допустить к Белграду бомбардировочную авиацию гитлеровцев. И советские истребители не позволили вражеским бомбардировщикам разрушить город.
Вооруженные жители города, присоединившись к воинам НОАЮ и Красной Армии, умело преодолевали простреливаемые пространства возле Славии и Мостара, выносили с поля боя раненых и хоронили погибших бойцов.
Рабочий и студенческий Белград — до войны боевой оплот коммунистов в их борьбе против реакционных режимов, — город Босы Миличевич, Живана Седлана, Жарко Мариновича и Мирко Срзентича, студентов, павших от полицейских пуль во время демонстраций, город, который полностью вышел на улицы, чтобы выразить свой протест против присоединения к Тройственному пакту, город, который, проснувшись 6 апреля 1941 года среди развалин, пожарищ и смерти, не прекращал сопротивления в течение всех лет оккупации.
На улицах пылали гитлеровские гаражи, склады горючего и военные грузовые машины, от пуль подпольщиков падали гестаповские офицеры и шпионы. Патриоты ликвидировали пресловутого Космаяца. Между городским подпольем и партизанами была установлена надежная связь, и благодаря этому тысячи бойцов были переправлены из города в партизанские отряды. Белград, совершивший героические подвиги и потерявший многих своих героев: Джуро Стругара, Воислава Вучковича, Елену Четкович, Вукицу Митрович, Давида Паича, Станислава Сремчевича, Джуро Гаича, Мирко Томича, Бошко Вребала, Бранко Джоновича и Слободана Йовича, Белград, о котором в Рудо черногорские студенты вспоминали как о давнем знакомом и товарище, Белград, чей пример заставлял нас, молодежь 1-й пролетарской бригады, быть по-коммунистически активными и стойкими в боях, — этот Белград наконец дождался момента, чтобы взяться за оружие и вместе с нами и советскими войсками пойти на решающий штурм.
Один наш батальон прошлой ночью неожиданно столкнулся у железнодорожной станции Мостара с моторизованной колонной гитлеровцев. Вначале бойцы батальона подумали, что это приближаются советские войска, но затем, когда они услышали немецкую речь, отходить было уже поздно. Пришлось занять оборону и отражать натиск превосходящего противника, окружившего станцию со всех сторон. Этот бой продолжался целый день.