И вот теперь, выслушав Перо, мы снова выступили в поход. Шли, не говоря почти ни слова. Обмотанные тряпками, с намерзшими на них сосульками льда, мои ноги выглядели довольно неприглядно. Несмотря на то что в моей голове одна ужасная картина сменялась другой, я никогда еще так остро не чувствовал, что наша колонна представляет собой серьезную силу. Опасность, преувеличенная страхом, исчезала сама по себе, и мне по мере ее исчезновения все больше становилось стыдно за проявленную мною растерянность в бою за Добравин.
Насколько сложна была тогда обстановка, видно было и в боях за село Белые Воды. Противник, по словам бойцов одной из рот кралевацкого батальона, подходил к нам со стороны Рогатицы. Вражеские солдаты, шедшие в обход от Црвене Стиене и Мокро, уже обнаружили наши силы, которые остановились на дневку в селе Педише.
2-й черногорский батальон и романийский партизанский отряд неожиданно встретились с противником у села Белые Воды. После небольшого боя обе стороны отошли. При отходе часть бойцов черногорского батальона соединилась с участвовавшими в этом бою боснийскими партизанами и образовала целую новую роту. Штаб 2-го батальона понял, что в селе находятся незначительные вражеские силы, и приказал новой роте овладеть им. Выдвигаясь на рубеж атаки, это подразделение встретило группу домобранов из пятнадцати человек, которые сдались без единого выстрела. При этом было захвачено два станковых пулемета. Эти домобраны умышленно покинули расположение своей части, чтобы не принимать участия в злодеяниях усташей. Наши бойцы осмотрели их оружие и не обнаружили нагара на внутренних стенках стволов. Этих людей сразу же освободили.
В Белых Водах противника не оказалось, и рота остановилась там на ночь. Выставленные часовые охраняли ближайшие подступы к селу, а дозор контролировал дорогу, ведущую к населенным пунктам Стари Град и Лучевик, откуда прошлой ночью появился противник. На рассвете из села Вражича вышла лыжная колонна автоматчиков противника. Она направлялась к Долово и Педише. Наступая на двух направлениях, противник окружил Белые Воды. Часовой выстрелом разбудил роту. Встревоженные бойцы выбежали из домов и сразу же поняли, что окружены. Оборонялись кто как мог, отстреливались из-за бревенчатых изб, заборов, сугробов. К противнику непрерывно подходило подкрепление. Те два «домобранских» станковых пулемета сослужили нашим бойцам хорошую службу. Пулеметный огонь косил не только первую цепь противника, но и подтягивавшееся к нему подкрепление. Враг обрушил на оборонявшихся шквал огня.
Тем временем противник ворвался в село Педише. Теснимый превосходящими вражескими силами, взвод черногорцев оставил позиции под селом Штитар и начал отход в сторону Добродола. Штаб 2-го батальона вернул этот взвод на прежнюю позицию и приказал атаковать противника во фланг. Атака удалась. Только благодаря этому был обеспечен выход из окружения наших бойцов под Белыми Водами. На снегу возле изб остались тринадцать молодых черногорцев и один романиец. Не многих раненых удалось спасти. Вучета, Милика и Драгутин Люмовичи, Радомир, Джордже и Комлен, Ташковичи Радомир и Вуядин, Божовичи Радован и Райко, Петр Бркович, Милисав Четкович и Мило Маркович погибли в бою за Белые Воды, может быть, в тот же самый час, когда под Пеновацем сложили свои головы шестьдесят шумадийцев, словенцев и боснийцев.
В горах Озрен эта группа бойцов с большим трудом пробивалась через сугробы. Свирепствовала метель, мороз грозил превратить людей и лошадей в ледяные глыбы. В тучах снега проводники не могли ориентироваться, и колонна сбилась с пути. Чтобы не потеряться, бойцы держались за руки. Перед рассветом они набрели на занесенную снегом хижину и решили, что неподалеку находится населенный пункт. Но о недавнем присутствии людей в хижине ничто не говорило. Отчаявшиеся бойцы, забыв о том, что марш должен происходить в строгой тайне, начали громко звать на помощь. Их крики услышали крестьяне из ближнего села Вукиняча. Они вышли с зажженными факелами и отозвались на крики, но бушевавшая метель заглушала их голоса. Тогда крестьяне пошли к бойцам навстречу. Прибыв в село, командир группы немедленно направил в штаб бригады посыльного, который доложил командованию о месте нахождения группы и причине ее задержки.
Днем бойцы спали и, только когда начало темнеть, с новыми силами продолжили марш. Чтобы наверстать упущенное время, 2-й батальон решил идти напрямик, коротким путем, но вскоре снова потерял дорогу. Вместо того чтобы направиться в обход горы Столне-Стиене, колонна с обозом, ранеными и тяжелым оружием пошла в противоположную сторону. За ночь вьюга замела все дороги. Бойцы пробивались наугад, руками и ногами подминая под себя снег метр за метром и таким образом создавая опору для лошадей, которые под тяжестью раненых и груженного на них имущества утопали в сугробах до самых седел. Часто приходилось снимать все грузы с лошадей и на руках переносить через сугробы и засыпанные снегом ямы. Так «короткий путь» оказался вдвое длиннее обычной дороги. Комбриг Коча встретил их в селе Стублины. Батальон очень опоздал, и Коча едва сдерживал гнев, но, увидев измученные лица людей, он приказал разместить прибывших по домам и предоставить им отдых.