На улицах Фочи, как когда-то в начале восстания на беранских, все говорило о свободе и весне. Но теперь свобода казалась мне более реальной и надежной. Со стен домов нас приветствовали лозунги в честь нашей партии, а также умело выполненные по трафарету портреты Ленина, Сталина и Тито. На улицах мелькали фески, тут и там встречались люди в нашей форме, товарищи, служившие при Верховном штабе, бойцы из местных боснийских, черногорских и герцеговинских отрядов.
Местом расположения нашего батальона было Горажде, куда мы вскоре переселились из Фочи. Городские улицы, минареты, сады — все казалось мне здесь лучше, чем в Фоче. В Горажде каждый вечер устраивались танцы, работали кухни для войск и беженцев, в общем, здесь шла вполне нормальная для такого времени жизнь. Не знаю, с кем мы тогда больше подружились: с местными жителями или между собой в бригаде. То были дни нашего сближения, начатого еще в Рудо. Это чувство владело всеми бойцами и жителями Горажде.
Мы продолжали учебу, начатую в Средне, Влаоле и Мосоровиче. Условия для работы были здесь значительно лучше. В непосредственной близости от нас находились Верховный штаб и Центральный комитет нашей партии, поэтому мы регулярно получали материалы для политических занятий.
В те дни мы изучали статью товарища Тито, написанную по случаю дня Красной Армии. Слова статьи находили живой отклик в наших сердцах. Говоря о непобедимости Красной Армии, Тито писал, что Красная Армия непобедима потому, что оснащена самым современным оружием, которое существует сегодня; потому, что ее воины твердо убеждены, что сражаются за правое дело — за защиту завоеваний Великой Октябрьской революции; потому, что она представляет собой армию, в которой господствуют прочные товарищеские отношения и единство взглядов.
В те дни была опубликована еще одна статья Тито — «Коммунистическая партия к вопросу о союзниках оккупантов». Такая статья была крайне необходима, потому что четники в последнее время уже открыто шли на сотрудничество с оккупантами. В статье очень умело показывалось, что реакционные элементы в Югославии — это не только обычные антикоммунисты, это люди, лишенные даже малейшего намека на патриотическое сознание, не брезгующие никакими средствами, чтобы удержаться у власти. В этой статье также говорилось, что реакция еще до поражения в апрельской войне привела страну на грань катастрофы.
С раннего утра мы занимались, как в школе, по расписанию. Политическая и боевая учеба чередовалась с занятиями в кружках художественной самодеятельности, выпускалась батальонная газета, готовилась программа наших выступлений перед фочанской молодежью. Студенты, гимназисты, рабочие и крестьяне — все мы одновременно стали учениками и учителями. Каждый из нас зачитывался романом «Как закалялась сталь» и мечтал о том, что и в Югославии будут свои Корчагины.
На общих батальонных семинарах происходили настоящие политические диспуты, которые хорошо помогали нам закреплять полученные знания. Участники семинара должны были аргументированно защищать свои взгляды, логично доказывать несостоятельность той или иной теоретической концепции. В дискуссиях особенно выделялись старшие коммунисты, а также бывшие студенты Белградского университета и гимназисты.
На этих семинарах бойцы получали замечательную идейную закалку, у них вырабатывалась четкая система марксистских знаний. И если наш боец на таких занятиях умел отстоять свои взгляды, то можно было быть уверенным, что он защитит их перед любой аудиторией.
Во время дискуссий часто слышались слова о том, что после освобождения нашей родины коммунизм уже не будет для нас отвлеченным понятием, а станет предметом нашей практической деятельности и что потребуются огромные усилия для формирования новой личности.
Бойцы занимались с большим желанием и упорством. Всех буквально охватила учебная лихорадка и никто не замечал, как быстро летит время. Справедливость нашей борьбы, чувство ответственности перед страной и своими товарищами, стремление к осознанному подходу — все это предопределяло то напряжение и рвение, с которым мы относились к учебе. Политическая и боевая деятельность в бригаде направлялась прежде всего на объединение наших сил и воли во имя решения исторической задачи — разгрома оккупантов и их пособников.