Несмотря на все трудности, и эта неделя отдыха в середине июня 1942 года в Зеленгорских горах была заполнена учебой. Вести об успехе восстания в Боснии определили направление нашего дальнейшего движения. Штаб бригады рекомендовал нам получше ознакомиться с историей этой части нашей страны, чтобы умело вести там политическую работу.
Там, в Зеленгорских горах, после долгого перерыва мы провели партийные собрания и обсудили все спорные вопросы. Коммунисты критически оценивали бои, которые они вели в Черногории и Герцеговине, чтобы не расплачиваться новыми потерями за старые ошибки.
ОТ ГАТА ДО ЗЕЛЕНГОРЫ
Наконец после двухмесячной разлуки мы соединились с основными силами бригады и увидели своих родных крагуевчан, белградцев и кралевцев. Остальные наши батальоны вместе со 2-й пролетарской бригадой, покинув Фочу, пошли в направлении горы Маглич и остановились перед ее вершиной, намереваясь затем пойти вслед за нами, ловченцами, к Дурмитору. Только в Мратине из выступления Фичо мы узнали о решении направить те четыре батальона и 2-ю пролетарскую бригаду вместе с Верховным штабом в другую сторону: через Крстац, Пивские горы в Герцеговину, где итальянцы, действуя теми же методами, что и в Черногории, пытались с помощью четников подавить повстанцев и для этой цели торопились привлечь как можно больше сил.
Около Автоваца и Гацка четники герцеговинского попа Перишича ждали подхода националистов Станишича и «штурмовиков» Джуришича из Черногории, чтобы вместе с ними преследовать нас дальше. Стремясь не допустить соединения вражеских сил, штаб нашей бригады немедленно послал в бой уже изрядно уставшие во время марша свои батальоны вместе с герцеговинскими партизанскими отрядами. Используя мощную поддержку итальянской артиллерии, хорошо вооруженные четники контратакой с фронта потеснили наши подразделения к Дони-Чемерну. Но вскоре подошли части 2-й пролетарской бригады и наш белградский батальон. Для нового удара по врагу была сформирована группа в составе более семи батальонов и партизанских отрядов из Герцеговины и пограничных краев Черногории. Этот удар вызвал среди четников замешательство, и они в панике побежали в старую австрийскую крепость Гат. В своем беге по местности, густо усеянной крупными светлыми камнями, они напоминали змею, которой отсекли хвост и которая спешит скрыться в первой же трещине.
Преследуя четников через Дони-Казанац и Дулич, белградцы в темноте потеряли дорогу и на рассвете вышли к каким-то домам. В одном дворе они увидели разорванное на куски знамя четников, солдатскую палатку. Под котлом еще тлел огонь, на столе лежали куски хлеба, стояли котелки, наполненные кофе с молоком, а под столом они обнаружили радиостанцию.
Несмотря на то что бойцы страшно устали, да и боеприпасы были на исходе (перед атакой пришлось обходить роты и искать добровольцев, готовых выделить немного патронов для пулеметчиков), в следующую ночь был осуществлен общий удар по Гату. Скалы зазвенели от выстрелов и взрывов ручных гранат, особенно в той стороне, где атаковала 2-я пролетарская бригада. Там на фоне неба было видно, как наши бойцы дрались с четниками в рукопашном бою. Тем временем к противнику подходило подкрепление. Готовясь перейти в контратаку, четники хотели заставить нас израсходовать как можно больше боеприпасов. Для обмана они выставляли свои мохнатые шапки и куртки.
Драгослав Божанич Кепа (до этого боя мало кто в роте знал его, но было известно, что он родом из Крагуеваца, перед войной работал жестянщиком на кралевском авиационном заводе и являлся членом местного комитета партии) перелез через стену и неуклюже бросил первую гранату в четников, а затем выпрямился и, тщательно, как охотник, целясь в бегущих, поражал их одного за другим. Четники что-то громко кричали. Сжавшись, словно пружина, Кепа снова пытался совершить прыжок вперед, но на этот раз вражеские пули остановили его. Он сползал назад, а на его рубашке расплывалось красное пятно, из раны вырывались пузырьки воздуха — пуля пробила легкое. Радуясь беспомощности Кепы, четники совсем остервенели: от разрывов их гранат земля и камни разлетались во все стороны. Чтобы поддержать 2-ю пролетарскую бригаду, глубоко вклинившуюся в позиции противника, наш кралевацкий батальон бросился в атаку, но был остановлен огнем станкового пулемета. К счастью, белградцам, находившимся на левом фланге, удалось сильным огнем остановить контратакующего врага. Четники вернулись в крепость. Наши потери быстро росли, особенно во 2-й пролетарской бригаде. Только в одном ее батальоне из строя вышло около шестидесяти бойцов.