Ева повернула голову в сторону домиков, когда услышала знакомое рычание. Окулис вырвался из ближайшей к ним постройки и уверенно пополз в сторону Герти...и Рика. Существо слышало низкий звук, исходивший из пластикового предмета в руках женщины, и уверенно двигалось на подростков. Герти резко сделала несколько шагов назад, оставляя Рика в качестве легкодоступной мишени.
Патриция уже начала двигаться в его сторону, когда услышала громкий стон позади себя. Элен схватилась за уши и почти в агонии выгибалась от низкого звука, исходившего из пульта. Она вскрикивала и ползала по земле, не в силах открыть глаза или подняться на ноги. Пати затряслась от возникшего в её груди страха и быстро опустилась рядом с Элен. Герти, заметив неестественные позы слепой девочки, лишь ухмыльнулась и нажала на кнопку ещё раз. Тварь зарычала сильнее, приближаясь к битвинам с невероятной скоростью.
Рик резко побежал в противоположную от девушек сторону, и окулис, следуя приказам своей хозяйки, быстро пополз за ним. Герти, казалось, уже забыла о существовании шестнадцатилетнего парня. Она в ярости жала на кнопку пульта, направляя все звуковые волны в сторону извивающейся девочки. Элен кричала и своими собственными когтями царапала свои виски и уши. Кровь струйками текла по её шее и омывала землю ровно под затылком:
— ХВАТИТ! ХВАТИТ! - вопила она, выгибаясь от боли так, что ее тело почти сгибалось пополам.
Патриция с силой пыталась остановить ее движения. Она рыдала и молила Элен успокоиться, пытаясь оторвать её руки от висков:
— Прошу, Элен! Не делай себе больно! Элен!
По подбородку слепой девочки стекала слюна, образовавшаяся в уголках нераскрытых от боли губ. Она уже беззвучно открывала и закрывала рот, дергаясь от пронзавших её низкочастотных звуков.
— Хоть с одним, но я сегодня точно разделаюсь, - с той же холодной ухмылкой проговорила Герти.
Ева с трудом поняла глаза. Она медленно переводила взгляд с Рика, ноги которого даже на бегу тряслись от чрезмерной нагрузки, на Элен, выгибавшую свою грудь вверх и широко раскрывшую глаза. Даже на расстоянии Ева видела, насколько много капилляров лопнуло в её глазных яблоках, окрасив слепые глаза девочки в насыщенный красный цвет.
Казалось, все звуки вокруг пропали. Она слышала лишь своё глубокое прирывистое дыхание и четкий быстрый стук сердца. С трудом оторвав взгляд от Патриции, принимавшей Элен к земле, Ева подняла глаза на красивое лицо Герти. Женщина продолжала неистово улыбаться, и её выражение больше походило на звериный оскал, а не на что-то приятное. Ее палец нажимал на кнопку с такой силой, что сустав побелел и слегка вспух.
Ева почти не осознавала того, что делает. Словно в тумане, она поднялась на ноги и чувствовала, как вокруг не осталось ничего и никого, кроме мамы. Её рук, лица и дыхания.
«Мама… - вновь повторила она, - Мама не может… не может…НЕ МОЖЕТ!»
— НЕТ! - закричала она с такой силой, что её голосовые связки загорелись от резкой волны боли в глубине горла, - НЕТ! НЕ МОЖЕШЬ! НЕ МОЖЕШЬ!
Патриция вздрогнула от пронзительного крика рыжеволосой девочки. Она продолжала всем своим весом давить на небольшое тело Элен, оттаскивая когтистые лапы девочки от висков и ушей. Элен так глубоко процарапала кожу, что Пати казалось, будто девочка могла снять себе целый скальп. Увидев перед собой движение, Пати резко направила глаза вперёд. Её губы приоткрылись от охватившего её шока, когда водная гладь начала пузыриться. Её зрачки бегали из стороны в сторону по краям идеально ровного круглого пруда, улавливая едва появляющиеся перламутровые блики.
— Этого не может быть... - прошептала она и резко посмотрела на Еву.
Девушка сгорбилась от охвативших её глубинных эмоций. Ей казалось, что боль, обида, гнев и ярость достигли своего пика одновременно во всех частях её души. Ева не моргала, она смотрела чётко в такие же голубые глаза матери, как и у неё самой.
— ХВАТИТ! ХВАТИТ! ХВАТИТ! - повторяла она, не замечая, как слюна вылетает из её рта, смешиваясь с солёными каплями, бегущими из уголков глаз. Ногти на её пальцах, успевшие отрасти за несколько дней в этом мире, оставляли глубокие следы в виде полумесяца на внутренней части её ладоней, но казалось, будто всё это ушло на второй план. Сейчас она могла видеть только одного человека - маму.
Герти встретилась взглядом с дочерью, продолжая неистово жать на кнопку. Но резко её взгляд метнулся куда-то за плечо Евы, и холодную ухмылку на её лице сменил неподдельный ужас. Часть воды оторвалась от поверхности пруда, приобретая белый перламутровый цвет. Водяные хлысты начали кружиться в замысловатых узорах, набирая скорость с каждой секундой. Герти в панике сделала несколько шагов назад, инстинктивно убрав палец с кнопки.