«Ой!» – написала учительница на полях его тетради напротив этой фразы. В целом работа была оценена преподавателем следующим образом: «Глубоко и логично. Молодец».
В последний день учебы перед рождественскими каникулами произошло чудо. Харриет, тайная любовь Дилана, помахала ему. Наконец-то! Дилан был просто в экстазе, но потом в душу закрались сомнения. Она действительно помахала? Ему? Может быть, и нет. Наверняка нет. Просто померещилось, решил он. В очередной раз.
В дневнике Дилан написал список людей, которые его любят. Рядом с именами трех из них он нарисовал сердечки. Всего там было девятнадцать фамилий. Девятнадцать неудач.
Эрик и Дилан осмелели. Они начали испытывать трубчатые бомбы и украли достаточно дорогое оборудование. Со стороны они казались абсолютно ответственными подростками. Учителя доверяли им и разрешали заходить в подсобку с компьютерной техникой, которую ребята частично и украли. Вполне возможно, что Эрик провел махинацию с обчисткой чужих кредитных карт. В его тетради были найдены записи с описанием восьми шагов операции, но мы точно не знаем, осуществил ли он их на самом деле. Сам он утверждал, что это произошло.
Дилан явно не умел врать, и его постоянно ловили. Эрик хорошо заметал следы. Однажды супруги Клиболды заметили у сына новый ноутбук. Эрик бы выкрутился из ситуации очень легко, наплел бы что-то типа: Это приятель дал… он взял его на время из компьютерной лаборатории. Дилан же просто во всем признался. Отец приказал сыну пойти в школу, во всем покаяться и вернуть компьютер. У Эрика и Дилана была склонность задирать учеников из младших классов, но при этом Дилан всегда попадался. В январе 1998 года его отвели к директору за то, что он нацарапал на шкафчике одного парня ругательную формулировку со словом «педик». За это его еще на три дня отстранили от занятий, и семье пришлось заплатить 70 долларов за починку школьного имущества.
В то время парни уже вовсю взрывали трубчатые бомбы, и это занятие им очень нравилось. Они часто хвастались силой этих зарядов Нейту Дайкману и однажды показали ему, как они взрываются. Это произошло в тот вечер, когда шла финальная игра за звание чемпиона Национальной футбольной лиги. Местная команда «Денвер Бронкос» вот уже пятый раз выходила в финал, но никак не побеждала. Все смотрели футбол, и улицы Денвера были пусты. Эрик отвез Дилана и Дайкмана в тихое место поблизости от своего дома, где и взорвал бомбу. Ого! Это произвело на Нейта большое впечатление.
30 января, через три дня после встречи с директором, ребята нашли новую возможность для совершения преступления. Вечером в пятницу им не сиделось на месте, они выехали за город и на небольшой дороге увидели запаркованный минивэн, в котором находилось разное оборудование. Они решили, что было бы здорово его украсть. Они не очень понимали, нужны ли им находящиеся в машине предметы, но были уверены в том, что могут спокойно совершить кражу и остаться незамеченными. Никаких свидетелей и отпечатков пальцев. Эрик привез горнолыжные перчатки.
«Все казалось проще пареной репы, – писал Дилан позднее. – Никаких шансов того, что нас поймают».
Эрик стоял на страже, и Дилану пришлось взять на себя всю работу. Они и понятия не имели, насколько прочным может оказаться стекло автомобиля. Дилан надел перчатку и попытался разбить окно. Он ударил много раз, но оно не поддавалось. Потом разбить стекло попробовал Эрик. Безрезультатно. Дилан нашел большой камень и кинул его в стекло, которое снова осталось цело. Пришлось несколько раз кидать камень, чтобы оно разбилось. Дилан надел вторую перчатку и вытянул кнопку закрытия дверей. Потом он искал, что ему взять. Эрик отошел, и Дилану самому пришлось делать выбор. Парень хватал все, что ему казалось особенно ценным. Как Дилан писал, он захватил «дипломат, черную сумочку, фонарик, желтую штуковину и еще кучу вещей».
С вещами в охапку он бросился к принадлежащей Эрику «Хонде». Все это время сам Эрик караулил. По дороге проехала машина. Дилан замер, как вкопанный, потом вернулся к минивэну, чтобы принести еще чего-нибудь. Эрик волновался. «Хватит! – сказал он. – Поехали».