Преподаватели давали ученикам много времени для индивидуальной работы. Часто в это время из соседнего класса появлялся Эрик. Вначале он приходил, чтобы потрещать с Диланом, но вскоре они начали прекрасно общаться втроем. Они вместе играли в Doom, ходили в боулинг, оставались на ночь друг у друга и смотрели соревнования по драгрейсингу на Бандемир-спидвей. Они смеялись над глупыми детьми и тупыми взрослыми. Больше всего они «угорали» от людей, которые плохо разбираются в компьютерах, в особенности тогда, когда таковыми оказывались учителя. Они смотрели много кинофильмов: научную фантастику, экшн и хоррор. Вместе болтались по торговым центрам, пытаясь снять «девок». Говорил всегда Эрик. Зак и Дилан стояли чуть позади и поддакивали.
Дилан вступил в школьный театральный кружок. Он стеснялся выходить на сцену, но работал осветителем и звуковиком. Эрика подобные развлечения совершенно не привлекали. Они сдружились с Нейтом Дайкманом и Крисом Моррисом. Очень часто все вместе «зависали» в доме Дилана. «Его родители хорошо ко мне относились, – вспоминал Нейт. – Кормили донатами, готовили омлет или блины». Дилан тоже был внимательным к гостям и делал все возможное, чтобы они хорошо проводили время.
Дома у Эрика было совсем по-другому. Отец-майор казался строгим, и Эрик был хозяином в доме и у себя в спальне в подвале только до его возвращения. Несколько раз они приводили к Эрику девчонок и показывали им, как стреляют из духовых ружей по кузнечикам.
Дилан заводил дружбу с разными парнями и охладевал к ним, но отношения с Заком не менялись. Оба парня были умными, раздражительными и легко выходили из себя. В обоих кипел подростковый максимализм, но оба были слишком застенчивыми, чтобы его показать.
Эрик был нужен Заку и Дилану, ведь кто-то же должен заводить разговор. А Эрику нужна была публика, которой он мог бы себя показать. Эрик был отстраненным и крутым парнем, которого ничего не удивляло и не сбивало с толку. Дилану нужен был вожак. Эрик был таковым. Они идеально подходили друг другу.
На какой-то момент их было не двое, а трое.
Эрик играл в Doom. Когда он уставал от картинки, которую разработали в id Software, то рисовал в блокнотах собственных героев и антигероев. Он сломал код игры и создавал новых персонажей, препятствия, сложности, новые уровни и приключения. Он придумал мускулистых мутантов с глазами-каплями, как на темных очках авиаторов, демонов с когтями, клыками и рогами. Многие из его творений представляли собой средневековых рыцарей, вооруженных современным огнестрельным оружием. У одного из персонажей вместо рук были огнеметы. Жертвы этих демонов сгорали, или им сносили головы. Иногда встречались картинки, на которых жертвы держали в руках собственные отрубленные головы. Эрик считал, что его творения безмерно круты. «В наши дни непросто добиться определенного мастерства, – писал он в одном из школьных сочинений. – Но мне кажется, что в креативности для игры Doom мне никогда не будет равных».
Эрику нравился творческий процесс. «Я часто стараюсь изобретать новые вещи», – писал он в работе по английскому языку под названием «Что общего между мной и Зевсом». Он считал, что Зевс и он сам – прирожденные вожди. Эрик не заострял внимание на том, что Зевс мог быть очень мелочным и вести себя далеко не таким благородным образом, который ожидается от бога. Он наблюдал у Зевса такие же черты, как и у себя самого. «И Зевс, и я можем разозлиться на людей и наказать их самым неожиданным способом», – писал он.
26. Помощь уже в пути
Дочери Дейва Сандерса были крайне недовольны. Еще до того, как их официально известили о смерти отца, они узнали много неприятных подробностей о том, как он ушел из жизни.
– Меня волнует то, что отца просто оставили, – заявила Анжела Сандерс в интервью австралийской газете. – Он был жив, но ему никто не оказал помощи.
У членов семьи Сандерс складывалось ощущение, что в то время, как двенадцать жертв трагедии умерли практически мгновенно, Дейв Сандерс прожил после ранения более трех часов. И, по мнению Анжелы, ее отцу могли оказать помощь.
Дочери Дейва начали изучать подробности гибели отца, но ничего не говорили об этом матери. Они не включали ТВ, когда она не спала, забирали и прятали газеты и журналы, которые почтальон оставлял на пороге или в почтовом ящике. Синди, Конни и Анжела стремились оградить мать от неприятных подробностей, потому что она и так находилась в ужасном состоянии.