Следователи не придерживались мнения о том, что все две тысячи учеников были непосредственными свидетелями бойни. Полиция выслушивала информацию от учеников и сама делала выводы. Следователи никогда не считали, что убийство было выборочными, и их очень удивили выводы, которые преподносили СМИ.
Необходимо отметить, что в освещении трагедии СМИ полагались не только на учеников-очевидцев. Они еще пользовались информацией местной газеты Denver Post, которая выслала на место происшествия пятьдесят четыре корреспондента, восемь фотографов и пять художников. Эта газета вложила в освещение трагедии человеческие и финансовые ресурсы. Репортеры этой газеты имели контакты, необходимые для более глубокого погружения в события. Именно эта газета сообщала новости раньше всех конкурентов. Около школы находились и журналисты Rocky Mountain News, но их было гораздо меньше, и к тому же федеральные СМИ больше доверяли Denver Post. Есть мифы, которые являются плодом коллективного творчества, и именно так и произошло в случае массового убийства в «Колумбайн». Репортеры Denver Post сделали один за другим несколько неправильных выводов, каждый из которых в определенный момент времени казался обоснованным. И их приняли все остальные СМИ.
Парковая служба и департамент отдыха района начали завозить в Клемент-Парк грузовики, груженные тюками сена. Дорожки парка находились в ужасном состоянии. В среду в северо-западной части парка собрались тысячи людей, а в четверг и пятницу народу здесь было по несколько десятков тысяч ежедневно. В среду прошел легкий снег, и тысячи человеческих ног превратили в месиво грунтовые дорожки парка. Уже в четверг дорожки полностью вытоптали. В принципе, никто не жаловался, но муниципальные работники округа решили накидать плотный слой сена на тропинки, ведущие к местам, которые хотели посетить люди, привлеченные трагедией в «Колумбайн».
К тому времени многие из свидетелей трагедии, сами того не подозревая, начали испытывать ранние стадии посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Многие пережили массовое убийство без каких-либо психологических травм. Надо сказать, что появление симптомов посттравматического стрессового расстройства никак не связано с тем, насколько близко наблюдает его человек, или даже с тем, является ли он жертвой или нет. Бесспорно, близость к эпицентру конфликта или продолжительность его наблюдения имеют прямое отношение к появлению посттравматического стресса и могут осложнить его последствия, но в конечном счете все это очень индивидуально. Некоторые из подростков, непосредственно видевших бойню в библиотеке, пережили этот опыт без какой-либо психотравмы, но встречались и те, кто вообще не присутствовал в школе во время стрельбы, уехав на обед, но потом в течение нескольких лет ощущал последствия посттравматического стрессового расстройства.
Профессор психиатрии Фрэнк Окберг является одним из ведущих специалистов по ПТСР и работает в Университете штата Мичиган. Через несколько месяцев после трагедии ФБР пригласило профессора сотрудничать с психиатрами, консультирующими очевидцев бойни в «Колумбайн». Окберг и его коллеги разработали концепцию ПТСР еще в 1970-х гг. и констатировали, что есть случаи, когда относительно изначально небольшой пережитый стресс может со временем вызвать очень тяжелые и травматические переживания, которые могут мучить пациента до конца жизни, если он не пройдет курс лечения.
Свидетели и очевидцы массового убийства испытывали также чувство вины перед теми, кто погиб. Проявления этого чувства можно было наблюдать практически сразу после трагедии в шести больницах, в которые доставили раненых. На протяжении первой недели после бойни в больнице Св. Антония комнаты ожидания были набиты учениками, которые пришли навестить Патрика Айрленда. Там не осталось пустых и незанятых стульев, и дети толпились в коридорах.
Первые несколько дней Патрик пролежал в реанимации. Большинство посетителей к нему не пускали, но подростки все равно приходили в больницу. Им просто очень хотелось быть рядом.
– Мы должны понимать, что такое поведение является частью процесса выздоровления для тех, кто сюда приходит, – говорила Кейти Айрленд.
Подростки приходили в больницу не только днем, но и вечером. Когда медицинский персонал узнавал, что дети ничего не ели, им выносили еду.
Ранение Патрика было серьезным. Доктора многого не обещали и надеялись на то, что он выживет. Они просили Джона и Кейти не ждать чудес и утверждали, что первые два дня пребывания мальчика в больнице дадут представление о том, каким будет его состояние в будущем и, возможно, до конца жизни. Джон и Кейти с ужасом думали, что их мальчик останется парализованным и умственно отсталым.