Я снова стала ждать, на этот раз Кинга. И когда он появился на горизонте, перегнулась через перила и твердо сказала ему:
— Мне нужна ваша помощь.
Похоже, он был в дурном настроении, предстоящий прием его не радовал, но это не помешало ему пройти со мной в мою комнату. Я пригласила его сесть, закрыла дверь и сама села на постель. Он не сделал ни единого шага, чтобы приблизиться ко мне, но пристально смотрел на меня, словно пытался запечатлеть в памяти мое лицо. Я не могла вынести этого взгляда сдавшегося и оставившего всякую надежду фаталиста. Я знала, куда это может завести, потому что сама пережила подобное, но Кингдону Дру такого пожелать не могла.
Второпях я поведала ему историю с желтым платьем.
— Теперь проблема заключается в том, — подчеркнула я, — чтобы любыми путями заставить Лейлу его надеть!
Выслушав меня, он устало возразил:
— Боюсь, здесь мы ничего не сможем сделать.
— Сможем, если вы мне поможете! — возразила я.
— Каким образом? — не веря своим ушам, спросил он.
Я пустила в ход всю силу моих убеждений:
— Прежде всего, будьте с ней помягче! Сдерживайтесь, даже если она будет говорить возмутительные вещи! Называйте ее, как в детстве, самыми ласковыми именами! Ласкайте ее ухо! Нам нужно лишь заставить ее надеть платье ради вас, вот и все!
— Платье! — произнес он. — В такое время!
— Доверьтесь мне! Доверьтесь и хоть раз помогите! Его взгляд смягчился.
— Ладно, попробую. С чего начнем?
Я побежала к соседней двери и постучала. Он стоял рядом и ждал. Лейла ответила раздраженно, грубо. Увидев, как у Кинга напряглась челюсть, я дотронулась до его руки. Он расслабился и печально улыбнулся.
— Мы здесь с твоим отцом, — сказала я через дверь. — Можно к тебе на минутку?
Лейла ответила не сразу, было слышно, как она нервно ходит по комнате. Открыв дверь, девочка предстала перед нами, босая, одетая в цветастое гавайское платье.
— Можно войти? — спросила я.
Она перевела удивленный взгляд с меня на отца:
— Я одеваюсь! У меня не так много времени! Кинг пришел мне на помощь.
— Я знаю, — улыбнулся он. — Мы можем вместе опоздать на прием!
Теперь в ее взгляде появилась подозрительность, и я почувствовала, что она прекрасно понимает, что мы пришли о чем-то ее попросить, и уже готова ответить отказом.
— Твой отец хочет посмотреть на тебя в платье, которое ты купила сегодня утром, — объяснила я.
Она замотала головой, капризно выпятив нижнюю губу. Кинг провел рукой по волосам над правым виском, словно этот жест помогал ему расслабиться, а когда заговорил, его голос прозвучал слегка насмешливо, как мне и хотелось:
— Ну же, цыпленок! Дай посмотреть на тебя в этом замечательном платье! Потом, если хочешь, можешь опять надеть эту зелень!
Слово «зелень» было именно то, что надо, я пришла в восторг.
У Лейлы слегка дрогнули губы прежде, чем она их плотно сжала, по-прежнему изо всех сил сопротивляясь.
— Ты же всегда показывала мне свои обновки, помнишь? — сказал отец. — В последний раз это было очень давно. Мне бы хотелось взглянуть на это платье!
Девочка с негодованием повернулась ко мне:
— Что вам нужно? Чего вы добиваетесь?
— Ничего такого уж ужасного, — успокоила ее я. — Мне очень хочется, чтобы на приеме ты выглядела так же замечательно, как сегодня утром в дядином магазине! Мы с твоим отцом пойдем в мою комнату и там подождем тебя. Когда будешь готова, покажись!
Мы с Кингом поспешили выйти из комнаты, пока на нас не обрушился шторм сокрушительного отказа. Я надеялась, женское любопытство Лейлы придет нам на помощь.
Усевшись в кресло в моей комнате, Кинг с искренним удивлением проговорил:
— Я никогда не думал… Мне хотелось отшлепать ее, но вы так посмотрели на меня, что…
— Что вы перестали быть рассерженным отцом, — продолжила я. — Не ругайте ее слишком! Быть четырнадцатилетней трудно! Она уже не ребенок, но еще не взрослая, хотя отчаянно пытается убедить себя в этом. Для родителей это тоже нелегкое время. Уж я-то знаю! Наверное, путь к ней можно найти только через любовь — Лейла должна знать, что вы с ней и на вас можно рассчитывать!