— Со мной вам незачем притворяться. Я знаю, чего вы хотите но не думайте, что я буду сидеть сложа руки и позволю, вам это получить!
Вид этого юного разъяренного существа разрывал мое сердце, и тем не менее я знала, что сейчас Лейла не примет от меня ни теплоты, ни сочувствия. Кроме того, в таком состоянии она была опасна!
А чего же, по-твоему, я хочу? — спросила я.
Девочка тряхнула головой и стала похожей на Кэтрин.
— Отца, конечно! Вы оба хотели освободиться от Кэти, чтобы принадлежать друг другу! Разве не так? Кэти говорила, что вы пытаетесь увести у нее папу, и теперь я вижу, что она была права!
Намазывая масло на тост, я обдумывала ответ. На самом деле его быть не могло, потому что в ее словах была большая доля правды.
— Ты считаешь, у твоей мамы можно было отнять то, что она выбросила задолго до того, как я здесь появилась?
Лейла с гримасой отвращения развалилась на постели.
— Теперь уж я позабочусь о том, чтобы вы с папой никогда не получили друг друга. Никогда!
— Почему бы тебе не поговорить об этом с бабушкой? — предложила я. — Расскажи ей все, что знаешь, и попроси ее помочь тебе!
— Вчера вечером я попыталась, но она не захотела со мной говорить. Да и пользы от этого все равно никакой не будет! Она всегда в первую очередь думает о семье и постарается все замять, чтобы защитить папу. Полагаю, то, что произошло с Кэти, пройдет как несчастный случай. Так что говорить правду бесполезно!
— А какая правда? — настойчиво поинтересовалась я. Лейла села на постели и уставилась на меня.
— Что Кэти умерла, разумеется! Что убил ее папа! Из-за вас! И что я виновата в том, что случалось, потому что ничего не сделала, когда еще было можно!
Я смогла только повторить вопрос, который уже задавала ей ночью:
— Значит, ты видела, как он сбросил ее в водоем? Действительно видела, что это сделал он?
— А мне не надо было это видеть! Наверняка так оно и было! Они боролись друг с другом, и вот… и вот ее нет! — Голос Лейлы сорвался. — Как же еще это могло случиться?
— Не знаю, — призналась я. — Но я видела, как выглядел твой папа, когда пришел вчера вечером домой и узнал о гибели твоей мамы. Если я когда-либо и видела ошеломленного человека, то это был он! Думаю, он на самом деле не знал, что произошло…
На мгновение в ее глазах сквозь боль и отчаяние, казалось, промелькнула надежда, и я поспешила воспользоваться этим:
— Ты говорила, что видела ночью, как они ссорятся. А еще кого-нибудь ты тогда видела?
— Только дядю Алекса, — ответила она.
Я бы с готовностью пустилась в дальнейшие расспросы, но Лейла начала вспоминать шаг за шагом все, что произошло, и я не стала ее останавливать.
— Сначала Кэти вышла на галерею. Прием тогда уже давно кончился, но она сказала, что не может заснуть, так же как и я. Мы всегда были полуночницами. Правда, ей не понравилось, что я не сплю, и она попыталась отослать меня в постель. Но мне показалось, что она вышла для того, чтобы встретиться с кем-то, очень уж она была недоступна! Поэтому мне стало любопытно, некогда она отправилась в лес, я осталась, на галерее. — Лейла закрыла глаза, ее трясло, но через минуту она продолжила: — Вскоре на террасе появился папа. По его виду я поняла, что он все еще в ярости. Может, из-за поведения мамы на приеме, а может, потому, что она напугала вас машиной. Я не заговорила с ним, а он меня не заметил. Он стоял на террасе и глядел на огни гавани. В это время в дверях показался дядя Алекс, но, увидев папу, вернулся в дом.
Я вставила вопрос:
— Как был одет твой дядя?
— Ну, в этот легкий шелковый костюм, в котором он был на приеме. А что?
— Нет, ничего.
Прикусив губу, она задумалась.
— А вдруг Кэти отправилась на поляну, чтобы увидеться с дядей Алексом? Она как-то говорила, что хочет проучить тетю Эдит, и я знаю, что раньше им не удавалось встречаться наедине. Когда он пришел в мастерскую тети Эдит, там оказались вы, так что она не смогла с ним поговорить. Кэти тогда чуть с ума не сошла! Это была еще одна причина ее ненависти к вам!
Для меня кое-что начало проясняться, но Алекс Стэр по-прежнему оставался загадкой.
— И что твой дядя делал потом? — осведомилась я.
— Ничего. Наверное, увидев на террасе папу, передумал встречаться с Кэти. Больше я его не видела. А Кэти, должно быть, надоело его ждать, потому что она вернулась на террасу. Тут-то они и начали ссориться с папой. Я не слышала их слова — только тихие гневные голоса. Думаю, Кэти его дразнила, стараясь довести до бешенства, ей всегда это нравилось. В конце концов он схватил ее за руку, но она вырвалась и побежала в лес. И больше не появлялась.