Когда он очутился на берегу, то упал ничком на плоский камень и долго лежал, раскинув руки и прижимаясь всем телом к его горячей поверхности, — старался впитать в себя побольше солнечного тепла, чтобы унять дрожь (вода на глубине была весьма прохладной) и восстановить силы.
— На-ка выпей… — Дед достал серебряную флягу с красивым чеканным рисунком, и плеснул в небольшой бронзовый кубок немного тёмной густой жидкости. — Это тебя взбодрит.
«Ещё бы!» — подумал Даро и невольно вздрогнул от не очень приятного воспоминания. Однажды он уже пробовал этот бодрящий напиток, после чего готов был горы своротить. Но вместо этого затеял борьбу со сверстниками, которая закончилась ссорой, а затем кулачным поединком — он один против троих. И самое главное — ему удалось тогда победить!
Конечно же, дед рассказал, что за сногсшибательная жидкость хранится в его заветной фляге. Её пили танцовщицы, исполнявшие ритуальные танцы. И секрет приготовления этого напитка знали в основном жрицы, посвящённые главной богине острова — Асираи или Тейе Матере — Матери Богов. Знал его и старый кибернетос Акару, который поделился этой большой тайной с внуком, взяв с него страшную клятву — не выдавать рецепт никому, даже под пыткой.
Ахейские жрецы, которые привезли рецепт этого напитка на Крит ещё при первом правителе, Миносе, называли его «кикеон». Он готовился из ячменя, мяты, пчелиного мёда и настоя неких травок в смеси с очень опасными грибами (если, конечно, не знать, как с ними обращаться).
Даро выпил и почувствовал, как по жилам побежал огонь. Теперь он снова был готов нырять до изнеможения, но солнце уже стояло высоко, да и раковин возле камней не осталось. К тому же впереди его ждала увлекательная тайна: что скрывается внутри раковин-жемчужниц?
Как и предполагалось, жемчуг в них был чёрный, с фиолетовым оттенком и довольно крупный. Естественно, не во всех; многие раковины были пустыми (если не считать мясо моллюска). Дед даже приплясывал от радостного возбуждения и всё время бормотал слова благодарственной молитвы Йашашаламу. Но вот Даро взял в руки большую корявую раковину, которую он поднял на поверхность одной из последних, осторожно вскрыл её… и все ахнули от восхищения!
В её перламутровой постели почивала огромная жемчужина — абсолютно чёрная и совершенно правильной сферической формы. На её влажной поверхности, словно крохотные звёздочки в тёмную безлунную ночь, сверкали блики. Казалось, будто эти огоньки рождаются внутри жемчужины.
Акару от огромного волнения не удержался на ногах и сел — скорее, рухнул на камни рядом с Даро.
— Я знал… — шептал он. — Я всегда знал, что увижу такое чудо!
Что касается Даро и Атано, то в этот момент у них отнялись языки.
Глава 3
ЖЕРТВЫ МИНОТАВРА
Даро никак не мог проснуться. Его сон был настолько глубок, что слова Киро вязли в спящем сознании, не добираясь туда, куда нужно. А прикасаться к господину, чтобы потеребить его, слуга не имел права. Пришлось ему звать на помощь хозяина. Акару какое-то время любовался безмятежным ликом сонного внука, а затем взял в руки большую раковину какого-то неведомого моллюска, привезённую им из дальних странствий, приложил её одним концом к губам и с силой подул. Раздался сильный мелодичный звук, в котором слышался и шум моря, и мычанье возбуждённого быка, и львиный рык.
— А, что?! — Даро подхватился и в недоумении уставился на деда. — Что случилось?!
— Адиунский бык уже давно на пастбище, а ты всё ещё дрыхнешь. Вставай, лежебока! Соверши омовение — и за стол. Сегодня Киро устроил нам настоящий праздник гурмана. А то рыба и мясо моллюсков уже приелись.
Киро и впрямь превзошёл самого себя. Ведь событие, которое обязательно нужно было отметить, и впрямь знатное. Чёрная жемчужина! Сокровище, которому невозможно назначить цены! В принципе, она принадлежала Даро, так как это именно с его лёгкой руки жемчужина явила свету своё непревзойдённое совершенство. Но он сразу преподнёс её деду, ради которого готов был совершить любой подвиг. И уж тем более ему и в голову не пришло предъявлять свои права на жемчужину. Ведь найти её было мечтой Акару.
Вчера, после обеденного отдыха, они немного позанимались рыбной ловлей — побросали сеть. Занятие было захватывающим: высмотрел в глубине рыбину, а то и рыбью стайку — и сразу же швыряй в воду сеть, отягощённую грузилами, притом так, чтобы она легла ровно, не свернулась и не скомкалась. Кажется, всё просто, ан нет, в этом деле нужна недюжинная сноровка. По крайней мере, бросать сеть так ловко, как это делал Киро, не получалось даже у Акару.