Начинало светать. Каин зевнул, рассеянно думая о том, как его братья поступят с пленником. Все, что нужно, они узнали – а оставлять в живых дикого, совершенно неуправляемого вриколакоса было бы безумием. Лишь создатель мог его контролировать. Да и то – уже поздно. Игнат стал убийцей. Скорее всего, сейчас Алекс разжигает огонь в топке для бедолаги. Что ж, чего не излечивают лекарства, излечивает железо, а чего не излечивает железо - излечивает огонь.1
Каин ступил на выложенную плитами дорожку, убегающую вглубь сада, но замер, услышав испуганное биение человеческого сердца в каком-то метре от себя. Вот так так… Пожалуй, пора научить Александра запирать пленников на замок. Хмыкнув, он запустил руку в разросшийся куст сирени и без малейших усилий выволок оттуда девушку.
- Далеко собралась? – осведомился он у Яны.
Голову ее украшала плотная бинтовая повязка, а одета она была почему-то в футболку Александра, которая доходила ей до колен. Ах да, девчонка же свалилась в озеро… Должно быть, Александр ее и переодел, когда осматривал и перевязывал рану.
- К твоему сведению, сад окружен забором, - добавил Каин насмешливо.
- Да… я видела, - охрипшим от страха голосом пробормотала она. – Отпусти руку, пожалуйста.
Он разжал пальцы, освобождая ее запястье – на нежной светлой коже расплывались багровые отпечатки. Теперь, пожалуй, и синяки останутся. Девчонка отступила, нервно растирая руку и не спуская с него огромных серых глаз. Чтобы смотреть ему в лицо, ей пришлось запрокинуть голову. Точно так же когда-то смотрела на него Арабелла…
- Давно ты проснулась?
- Н-нет…минут пять назад. В доме было пусто, я спустилась, выглянула в окно… у двери стояли вооруженные люди…
«Ну, не совсем люди», - мысленно уточнил Каин.
- И ты решила удрать через сад? Другая на твоем месте, скорее всего, и не пыталась бы бежать. Забилась бы в уголок и тряслась от страха в ожидании судьбы.
- Я же знаю, кто вы, - сглотнув, сказала она. – И знаю, что меня здесь ждет…
- Кто же мы, по-твоему?
- Вампиры, - твердо ответила она.
Ей было страшно, очень страшно, но больше страха в ней было желание жить и сопротивляться смерти до последнего – и эта ее решимость на мгновение ошеломила Каина. Она стояла перед ним босая, голодная, слабая и перепуганная, с перевязанной головой, но взгляд ее судорожно шарил по саду в поисках того, чем бы она могла ударить его, вздумай он на нее напасть.
- Вампиры, - задумчиво повторил он. – Так люди называют тех, кто пьет кровь, спит в гробах, боится солнечного света, крестов и чеснока. Тех, у кого есть клыки, кто встает из могил, живет вечно и умеет оборачиваться летучей мышью. Что ж, я этого всего не боюсь и не умею. Но я пью кровь. И я бессмертен. Полагаю, меня можно назвать вампиром. Как, впрочем, и существо, напавшее на тебя в парке. Существо, которое убил я.
- Почему ты меня спас?
Вопрос озадачил Каина.
- У тебя, что же, нет других вопросов?
- Есть. Я не понимаю, почему на меня напали, кто ты такой, кто такой Алекс, почему я все еще жива…
- Но больше всего тебя сейчас интересует, как отсюда сбежать, не так ли? – усмехнулся он. – Учитывая, что мои братья и сестры сейчас все тут, в доме, и все они, как ты заметила, вампиры – хоть мы и называем себя иначе – и то, что ты знаешь слишком много, чтобы просто тебя отпустить.