- Ты верно понимаешь, - кивнул Самир.
- О’кей. Второй вариант. Делаем из нее вриколакоса.
- Что?! – вскинулся Алекс. – Ты в своем уме?
- А что такого, брат? Все наши вриколакосы когда-то были людьми, как и она. Раньше ты подобного негодования не проявлял.
- Нет, Каин, не годится обращать человека без его желания, - перебил его Аскольд. – Мы же не хотим повторения истории с Антоном…
- Яна – не Антон, - резко ответил Каин. – Она гораздо сильнее и хочет жить!
- Что ты припас напоследок? – со вздохом спросил Самир.
Каин откинулся в кресле, окинув собравшихся загадочным взглядом.
- Слуга-человек.
- Хм.
- Нет, Самир, ты только представь себе: мы не нарушим Закон, отпустив узнавшего нашу тайну человека, и одновременно даруем ему жизнь! Разве это не лучший выход?
- Звучит на редкость разумно…для Каина, - с некоторым удивлением в голосе произнесла Мия.
- Она может нам быть полезна. А потом, если пожелает- а я уверен, что пожелает, - сможет стать врикалокосом. Она недурна собой, молода, вынослива. В ней есть смелость. Впрочем, ты и сам знаешь – ты вкусил ее крови.
- Тебе-то какая с этого выгода? Раньше ты не заступался так рьяно за смертных, - прищурился Алекс.
Каин ухмыльнулся.
- Ну, я бы хотел, чтобы вы отдали ее мне. У меня ведь нет своих человеческих слуг и доноров, как вы знаете.
Александр вскочил, заставив притихшую Яну вздрогнуть в своем кресле.
- Ни за что! Если и оставлять ее как слугу, то только со мной! Самир, ты же не отдашь девочку этому безумцу?
Все взгляды устремились на Самира. Тихо хихикнула Лейла – ее происходящее, похоже, забавляло.
- Александр, - наконец, заговорил Самир, - из ее воспоминаний я понял, что между вами начала образовываться связь, которая со временем могла бы перерасти в нечто большее, чем дружба – если допустить возможность дружбы между двумя настолько разными существами. Ты в своих суждениях относительно этой девочки слишком предвзят. Мне бы не хотелось, чтобы ты совершил какую-нибудь глупость, пойдя на поводу у чувств. А потому своим решением я отдаю Яну в распоряжение Каина – учитывая, что именно он является ее спасителем. Следовательно, он имеет преимущество перед тобой, Александр. Мои доводы тебе понятны?
Алекс кивнул, стиснув кулаки и с сожалением глядя на Яну. Прости, малышка, я сделал все, что мог.
Яна не поняла ни слова из их разговора – но по выражению их лиц было ясно, что они о чем-то спорят. Причем если Каин смотрел в ее сторону со странно торжествующим видом, то Алекс угрюмо отводил взгляд. Ничего хорошего это не предвещало. Да еще и боль в затылке усилилась, запустив острые коготки внутрь черепа – до этого в области раны ощущалось лишь какое-то онемение. Наверное, ей дали обезболивающего, действие которого закончилось. Ужасно хотелось есть и спать. Причем последовательность не имела значения. Усталость наливала веки свинцом, шум в голове нарастал. Еще немного, и она, пожалуй, уснет прямо здесь, в окружении кровососов, которые все тянули с расправой. Только обсуждали что-то на повышенных тонах. Странный все-таки у них язык… Яна была уверена, что никогда прежде его не слышала.
Она, кажется, все же задремала. В себя ее привел довольно чувствительный толчок в плечо. Открыв глаза, она увидела склонившееся над ней лицо Каина.
- Поднимайся. Мы едем домой.
* * *
Яне повезло - она выросла в хорошей семье. Благополучной, как принято говорить. Мама работала врачом, отец – инженером. Типичная семья. Родители редко ругались между собой и еще реже повышали голос на нее, единственную дочь. Детский сад, школа, университет – все это промелькнуло одной сплошной полосой спокойного серого цвета без ярких белых или черных пятен. Были друзья, парни, тусовки. Были минуты особенной грусти и особенной радости. Жизнь как жизнь.
После университета, получив юридическое образование, она устроилась в нотариальную контору. Работа – не сахар, конечно: и засиживаться приходилось допоздна, и платили мало. Но, как говорили ее родители, должность была перспективной и сулила серьезные карьерные продвижения. Яна соглашалась – каких-то своих, особенных стремлений у нее не было.