- Душно тут. И накурено. Пойду проветрюсь. Тут есть балкон?
- Да, но позволь мне тебя проводить, - опережая Алекса (и начавшего угрожающе приподниматься Джейдена), произнесла Мия. – Мне бы тоже не повредил глоток свежего воздуха.
- Будь осторожна, - тихо сказал ей Аскольд, вызвав удивленные взгляды вампиров. Мия понимающе улыбнулась.
- Буду. Не переживай.
Взяв Яну под локоть, она повела ее к выходу из зала, противоположному тому, что вел на винтовую лестницу. Его было сложно заметить из-за приспущенной занавеси. Миновав его, они оказались в небольшом узком коридорчике, который упирался в балкон, а вернее, довольно просторную террасу, откуда открывался прекрасный вид на ночной центр города. Прохладный ветерок обдул разгоряченное лицо Яны. Мия отпустила ее и подошла к перилам, одной рукой облокотившись о них, а вторую бережно положив себе на живот. Неосознанность и смутно уловимый подтекст этого жеста насторожил Яну. Она перевела взгляд на лицо вампирши – та мечтательно улыбалась одними уголками губ, глядя как будто куда-то внутрь себя.
- Ты беременна? – вырвалось у Яны.
Мия обернулась, удивленно вскинув брови.
- Как ты догадалась? Даже братья еще не поняли… хотя, конечно, скоро это перестанет быть тайной…
- Мне просто так показалось. То, как ты гладишь свой живот…
- Ой, - смущенно произнесла она и отдернула руку.
- Ты, наверное, рада? – помолчав, спросила Яна. Она совершенно не представляла себе, что вампиры говорят друг другу в подобных случаях.
- Да, очень. – не задумываясь, ответила Мия. - И Аскольд тоже. Это долгожданное дитя, Яна.
- А кто будет? Мальчик или девочка?
- Пока неизвестно, но совсем скоро узнаем.
- А вы… ну… - Яна покраснела, подбирая слова. – Вы тоже ходите к врачам, делаете УЗИ и все такое?
Мия рассмеялась.
- Бывает, но редко. Мать – лучший доктор для своего ребенка. Мы всегда чувствуем, если с ним что-то не так. Мы также можем мысленно общаться с ним – по сути, телепатически. Кроме того, вынашиваем мы ребенка всего три месяца, в отличие от людей.
- Три месяца?!
- Да. Этого срока достаточно для полноценного развития плода Истинного.
- Везет же вам, - вздохнула Яна.
Мия вопросительно приподняла бровь.
- Ты тоже собираешься завести ребенка?
- Нет-нет, что ты! То есть… ну, не сейчас, это точно…
«А, может, и никогда, учитывая туманность моего будущего», - про себя добавила она.
- У меня еще никогда не было детей. Честно говоря, я слегка волнуюсь, а поговорить мне об этом не с кем – в нашем доме нет женщин. Ну, не считая доноров и слуг. – доверительно сказала Мия, переходя на шепот, хотя, кроме них и ветра, на террасе никого не было.
Яна кивнула.
- Я понимаю. Ты не переживай. Знаешь, как говорят – «все рожают, и ты родишь». Да ведь ты и не человек, ничем не болеешь. Ты сильная. Чего можно бояться?
- Да, ты, разумеется, права. Просто… наверное, тревоги всех беременных женщин одинаковы, будь они Истинными или смертными. Иногда меня мучают дурные предчувствия…
Мия умолкла, задумчиво глядя в полутьму раскинувшейся под террасой улицы, затем тряхнула волосами, словно отгоняя какое-то видение, и улыбнулась Яне.
- Ничего, если я тебя оставлю тут одну ненадолго? Боюсь, мне нужно наведаться в дамскую комнату.
- Да, иди, конечно. Я скоро подойду.
Перестук каблучков Мии стих за дверью. Яна подошла к перилам, перегнулась через них, подставляя лицо ночному ветру. Ей не хотелось возвращаться назад. Если бы только у нее были крылья… Как бы ни были с ней дружелюбны Алекс и Мия, это не меняло их сущность. Так люди проявляют доброту к домашней скотине, которой, в конце концов, уготована роль обеда на их столе.
Ее внимание привлекло какое-то шевеление в густой тени дерева, чья крона возвышалась над ближайшим к ней углом террасы. Яна резко выпрямилась: снова это ощущение липкого, ледяного страха, щупальцами обвивающегося вокруг ее тела! Может, ей показалось? Кого может скрывать крона дерева – птицу, кошку?..
- Кто там? – робко позвала Яна, испугавшись зловещего эха собственного голоса. Совсем рядом, за какой-то стеной, громыхала музыка, смеялись люди и нелюди, доносились сквозь распахнутые двери веселые голоса, и это придало девушке решимости. Она осторожно приблизилась к тени дерева вплотную, пытаясь хоть что-то разглядеть в его глубине. В переплетении ветвей отчетливо угадывался чей-то крупный силуэт.