- Включи свет, - нарушил тишину раздраженный голос Каина. Он говорил на инканусе - древнем языке их рода; таков был порядок, хотя подслушать их кому-либо из людей вряд ли бы удалось. – Настолько уже привык жить по-человечески, что его отсутствие напрягает.
Самир повернул голову, и в следующее мгновение по углам комнаты вспыхнули мягким оранжевом светом старинные торшеры. Человек мог бы поклясться, что сам Самир при этом и не сдвинулся с места, но никого из присутствовавших этим было не удивить.
- Итак, - спокойно произнес Самир, опускаясь в ближайшее кресло, откуда ему было видно лица всех его собеседников, - вы, конечно, и сами уже знаете, зачем я вас здесь собрал.
Лейла, вальяжно развалившаяся на диванчике, фыркнула.
- Событие не такой уже великой важности, чтобы вытаскивать меня из клуба в разгар ночи, - недовольно заметила она.
- Позволь мне об этом судить, - ледяным тоном отрезал Самир.
Мия в который раз подумала, что при его знойной египетской внешности сложно, наверное, изображать вечную холодность. Даже спустя века она слишком хорошо помнила опаляющую ярость Самира и каждый раз поражалась дерзости Лейлы. Впрочем, она была самой младшей из них – ей едва минуло двести лет – а потому некоторые ее выходки были простительны. Мия себе подобного непочтения к старшим не позволяла никогда. Именно за счет возраста Самир когда-то и был негласно избран бессменным лидером их небольшой группы – всего шесть Истинных на весь город, не считая вриколакосов - обращенных. Но их и не должно быть больше. Перворожденных, тех, что пришли с Праматерью, среди них не было и вовсе: их, по слухам, осталось не более десятка, раскиданного по всем уголкам мира. Остальные либо пали, либо, если верить легендам, погрузились в вечный сон, подобно Праматери…
- Я так понимаю, что вынужден снова лицезреть ваши мерзкие рожи из-за вчерашнего бедлама в «Норе», - подал голос Каин.
Мия поморщилась: воспитание Каина всегда оставляло желать лучшего. Как, впрочем, и отвратительный характер. Было трудно поверить, что Каин – дитя Истинных; обычно наглое, вызывающее поведение отличало вриколакосов, которые были такими при жизни или которым наставники уделяли слишком мало внимания. Себе ученика Мия в свое время выбирала очень тщательно – и все равно промахнулась, как показало вчерашнее происшествие.
- Если под бедламом ты подразумеваешь гибель нескольких десятков людей, то – да, именно об этом я и хотел с вами поговорить, - склонил голову Самир. Смоляные кудри упали ему на лицо, скрывая его выражение, но было ясно, что он едва сдерживает раздражение, вызванное поведением Лейлы и Каина. – Как вы помните, около века назад Мия сотворила себе ученика, Антона. На моей памяти это не первый вриколакос, покончивший с собой, хотя большинство подобных инцидентов приходилось на первые несколько месяцев после обращения. Все это говорит о ненадлежащем внимании и неразборчивости создателя: нужно понимать, кто из смертных готов принять дар бессмертия, а кому он покажется проклятием. Мию всегда отличала мудрость, да и я лично одобрил ее выбор. Мужчина, которого она избрала, хотел жить вечно, был силен и крепок как телесно, так и морально.
- Ну да, а вчера он завалился в бар на окраине, напился и перегрыз всех людей, после чего нам пришлось все спалить, чтобы замести следы, - буркнул Каин.
Мия привстала в своем кресле, вцепившись в подлокотники острыми когтями; из горла ее вырвалось рычание. Аскольд, стоявший в дальнем углу, мгновенно оказался за ее спиной, успокаивающе положил руки ей на плечи.
- Каин, уймись, - угрожающе произнес Александр со своего места. – Продолжай, Самир.
- Собственно, Каин уже изложил за меня всю суть проблемы, - сухо сказал Самир. – Мия следила за Антоном, поскольку давно уже наблюдала в нем изменения, и вовремя связалась с Каином и Аскольдом, которые, по счастью, оказались неподалеку. Они и «прибрали» за Антоном. Со стороны все выглядит как несчастный случай… Нам повезло, что этот бар, «Нора», располагался на самой окраине города, так что удалось обойтись без лишних свидетелей.
- Отлично! Все улажено. Так зачем мы здесь собрались, Самир? Оплакивать невинно убиенных? – приподняла золотистую бровь Лейла.
- Не совсем. Проблема в том, что, чем меньше Перворожденных остается с нами, тем больше нас охватывает безумие. Мы, Истинные, способны бороться с бременем времени, но наши вриколакосы, как показывает вчерашний пример, не так устойчивы. Об этом говорят самоубийства по крайней мере четырех обращенных – двоих в Англии, одного в Штатах и еще одного – в Индии, о которых я был проинформирован недавно. Правда, в двух случаях вриколакосы сами попросили своих создателей их уничтожить. Отдадим должное Мие – она не пощадила своего воспитанника и поступила разумно, оберегая свой род.