Но извиняться не стала.
Ей было интересно. Мог ли Тарх, всегда такой собранный и серьезный, во многих аспектах нейтральный, испытывать отвращение к связи между человеком и вампиром.
Мужчина оставил вилку в тарелке и слегка откинулся на спинку своего стула.
— Да нет, — ответил он, пожал плечами и, чуть склонив в бок голову, добавил: — А ты?
— Я?..
Мира удивилась. И призналась, что никогда о таком не задумывалась.
— Неужели?
Его глаза вновь заискрились, и Мира поерзала на стуле.
— А как же Нарцис?
— Нарцис?..
Скорее всего из-за ее тона, столь удивленного и озадаченного, а может из-за выражения ее лица, Тарх спешно попытался отшутиться. Но вышло довольно неловко.
— Мы с Нарцисом напарники, не более того.
Атмосфера резко изменилась.
О чем им говорить?
Все их прежнее общение сводилось исключительно к работе. И на работе. Они никогда не оставались наедине надолго, — по отделу постоянно кто-то шастал, кому-то постоянно что-то было нужно. Чаще, конечно, от Тарха. И они никогда не оставались наедине за пределами своих кабинетов.
Если бы вчера она не сбежала от него на вызов, то сидела бы рядом и так же, как сейчас, не знала, с чего начать разговор.
Спросить о хобби? Что ему нравится?
Как-то глупо. По-детски. И немного интимно, словно ей хочется знать о нем больше ради чего-то большего.
Взгляд Миры скользнул по его лицу.
Наверное, ему стало некомфортно. Зачем задал такой вопрос?
Ах, точно. Это ведь она первая у него спросила.
— Я не считаю, — начала Мира, привлекая внимание Тарха, — что отношения между человеком и вампиром отвратительны. Но если как следует все обдумать, то легко прийти к выводу, что ничем хорошим эта связь не закончится.
Перед глазами Миры всплыли образы Зои Огнецвет и Томаша Погана.
— Человек состарится и умрет, а вампир еще долгие годы… столетия будет жить и… Ну, не знаю. В любовь на веки вечные я, конечно, не верю. — Мира постаралась придать своему голосу беззаботности. — Но тяжело ведь будет по началу. А потом… наверное, любовь забудется. А это уже как-то грустно, не находишь? К тому же, когда человек в такой паре умрет, вампиру же от него ничего не останется. Даже детей.
И тут у Миры в голове словно что-то щелкнуло. Резкая боль пронзила висок.
«Дети?..»
Конечно, детей у вампира и человека не может быть. Но Зои была беременна.
Не от Томаша?..
«Тогда… может их убил отец ребенка?..»
Но на фотографиях месячной давности у Зои не было и намека на живот.
— В чем дело? — спросил Тарх, заметив, как лихорадочно взгляд Миры блуждал по столу, будто ища ответ на какой-то вопрос. — Мира?..
— Мне… мне нужно идти, — пробормотала она торопливо.
И вышла из-за стола.
«Если Зои была беременна, то кто отец ее ребенка?..»
Все ее мысли теперь занимала лишь работа.
Глава 5
До того момента, пока Мира не влетела в кабинет, попутно зовя его по имени, Нарцис благополучно дремал за своим столом, положив голову на сложенные на столешнице руки. Он не спал, именно что дремал, то проваливаясь в собственные мысли, то выныривая из них, не понимая, где он и что происходит. И лишь звонкий голос напарницы, и вторгнувшийся вместе с ней аромат корицы, защекотавший нос, заставили вампира раздраженно вздохнуть. И нахмуриться.
— Лапушка моя, — начал он сиплым голосом, приподнимая голову. — Ты же была на свидании…
— Нарцис, я поняла, кто убийца! — воскликнула Мира, опершись о край его стола.
В ее карих глазах светился детский восторг, будто она только что осознала, что головастики и лягушки в пруду — это одно и то же существо только в разные периоды своей жизни.
— Убийца чего? — зевнул вампир в сжатый кулак. И быстро взглянул на часы. — Романтики? Как там твое поколение говорит? Поматросила и бросила?.. Нет, эти постарше должны быть. А-а! — Нарцис щелкнул пальцами на мотив «Эврика!». — Продинамила, да? Бедный Аристарх. Уже во второй раз.
Мира зарделась. Но отмахнулась от его слов: