— Что ж… Не только он, — сказал Тарх.
Оказалось, что слух о рождении новой королевы уже начал расползаться по городу.
— Понимаешь, что это значит?
Мира понимала только от части.
— Нет?
И она нехотя покачала головой.
Ей не хотелось выглядеть в его глазах глупой, и непрофессионалом, неспособным сложить частички пазла в цельную картину. Но она действительно ничего не понимала. Как у Зои Огнецвет, в прошлом месяце отпраздновавшей свои двадцать пять лет, мог родиться ребенок, о существовании которого несколько недель назад не было и намека? Как вообще мог родиться ребенок от связи вампира и человека? Вампиры были бесплодны. И мужчины, и женщины. Это всем известный факт. Женщины не могли зачать. Мужчины не могли оплодотворить. И никакие технологии, никакая медицина не могли этого исправить.
— Слухи ползут уже по всему городу, — продолжил Тарх после небольшой паузы. — Распустили его, конечно, вампиры. Но откуда пошли разговоры непонятно.
— А о чем именно говорят?
— О том, что с рождением новой королевы они вступают в новую эру и грядут перемены.
— Перемены?
«Даже среди вампиров ходят слухи, что причина тому Ее старость», — вспомнила Мира недавний разговор с Нарцисом о том, что нынешняя королева уже давно не подвергает людей метаморфозе.
— Новая королева сможет восполнить недостаток популяции вампиров, — озвучила Мира свое предположение.
И ее сразу же охватил страх.
Вот о каких переменах говорят в городе! Вот почему Ее Величество заперлась в своих покоях и никого туда не пускает!
— Если ребенок и в самом деле родился, — продолжила Мира, прикрывая ладонью рот, словно боясь произносить свои дальнейшие слова: — в сообществе начнется настоящая война.
Тарх кивнул.
— Это будет бойня. Между старыми порядками и новыми.
Между теми, кто верен старой власти и теми, кто жаждет перемен.
— Но где ребенок?
Тарх пожал плечами.
— Боюсь, этого еще никто не знает. Либо родители спрятали ее перед смертью. Либо ее выкрали, убив родителей.
Мира вспомнила, какой бардак был на квартире у Зои. Она собиралась в спешке? Хотела сбежать из города, когда поняла, кого вынашивает под сердцем? Но ведь она была человеком. Если беременность протекала настолько быстро, что для роста плоду потребовалось несколько недель, то к кому Зои могла обратиться за помощью? Не к матери. Та даже не знала, что дочь состояла в отношениях. Значит, единственным, кто мог помочь Зои и объяснить, что с ней происходит, был отец ребенка — Томаш Поган. Но знал ли сам Томаш, что происходит с его возлюбленной?
— Скорее всего он кому-то об этом рассказал, — предположил Тарх, когда Мира поделилась с ним своими мыслями. — Или же попросил у кого-то совета. Насколько я знаю, Томаш Поган, пусть и вампир, но не здешний. И из-за этого у него возникали проблемы с местными.
Ну конечно!
Мира знала, что Ее Величество королева, властвовавшая в этих землях, была не единственной в своем роде. Были другие королевы. В других землях. На других континентах. Вампиры были преданы своей королеве и своим «ульям». И Томаш Поган в Новограде был чужаком.
— Он мог обратиться только к тем вампирам, которым мог доверять и…
— У которых есть власть, — закончил за нее Тарх.
А во всем Новограде таких было лишь двое: Ее Величество королева и мэр Гордеев.
— Думаешь?..
Мира не решилась озвучить свое предположение. Но что, если кто-то из этих двоих причастен к убийству Зои и Томаша?
Ее Величество могла приказать убить пару и избавиться от их ребенка, испугавшись соперницы, которую так жаждали недовольные ее правлением вампиры. Мэр так же мог преследовать подобные цели, желая настоящей власти.
Мира не была в этом точно уверена, но, кажется, Гордеев с королевой имели разные взгляды на жизнь Новограда и его граждан.
— Опасно. Опасно, Мира, — сказал Тарх, вновь выслушав ее предположение, — обвинять в подобном преступлении такие личности.